Сепарация от родительской семьи часто происходит неполноценно, если члены семьи при этом испытывают тоску, злость или раздражение. Если сын сепарируется приемлемым для родителей образом, в спокойной обстановке, то это создаёт благоприятные условия для изменения характерной для данной семьи последовательности действий. А изменить то, как он сможет покинуть родительский дом, можно, изменив правила его проживания в этом доме. На предыдущем сеансе психотерапевт попросил родителей написать для сына правила, и вот на очередной сеанс они пришли с ними. В процессе обсуждения правил для Стива его 19-летняя сестра вносит своё предложение.
Скотт (обращаясь жестами к Стиву): Бернис предложила, а мама и папа её поддержали в том, что ты не входишь в её комнату, если она говорит тебе: «Не заходи». (переводит речь Стива) Он говорит, что он стучится.
Бернис: Он никогда, никогда не стучится.
Скотт: Скажи ему это.
Бернис: (жестом изображая стук и отрицательно качая головой): Ты никогда, никогда не стучишься.
Когда психотерапевт добивается того, чтобы члены семьи установили для своего психически больного сына правила, то из этого не следует, что он уверен в готовности сына их выполнять или родителей – добиваться их исполнения. Правила на данном этапе – это просто нечто, на чём можно сфокусировать внимание членов семьи. Если родители смогут, может быть, впервые в жизни, достичь соглашения между собой по этому вопросу, то их сын сможет получить свободу из уз триангуляционных семейных связей - родители постепенно начнут учиться общаться напрямую, без него. Если же нет – разногласия между ними выйдут наружу, и с ними станет возможно работать. Рассыплется миф о том, что всё в семье хорошо, кроме психически больного сына. И тогда оказывается, что сын имеет право жить отдельно вне зависимости от того, достигнуто ли между родителями соглашение по поводу правил его поведения или нет.
