Время расставания полностью

В отместку за убийство молодым евреем немецкого дипломата Эрнста фон Рата, работающего в Париже, в Лейпциге и других городах Германии подожгли синагоги[39]. На Аугустусплац полыхнули крупнейшие магазины моды Бамбергера и Герца, пламя и густой черный дым вырывались из окон, но пожарные так и не приехали. Осколки сотен витрин магазинчиков еврейских торговцев дождем хлынули на тротуары. На стенах домов появились звезды Давида и оскорбительные надписи, выведенные желтой краской. Некоторых жителей города загнали в речушку, протекающую в зоопарке, и по 242 наущению СА толпа освистала несчастных. В последующие дни были арестованы сотни евреев, и в их число попал отец Лизелотты и Генриха.

Вопреки мольбам мужа, молодая госпожа Ган категорически отказалась оставить супруга и присоединиться к своим детям. Зная, что они в безопасности, она заявила, что уедет только с Рудольфом. Но меховщик, очень ответственно относившийся к своим обязанностям президента ассоциации взаимопомощи, медлил с отъездом. В конечном итоге он был брошен в лагерь Бухенвальд.

…Отныне к евреям применяют весьма суровые меры, — писал Карл в своем длинном письме. — Они не имеют права свободно передвигаться по городу. У них конфискуют товары и вынуждают платить государству огромные налоги.

Не так давно Еву вызвали в гестапо. Там ее предостерегли: арийцы, помогающие евреям, будут караться как пособники преступников. К счастью, Ева удержалась от колкостей и ей позволили вернуться домой. Она надеется, что Рудольфа вскоре освободят, ведь он уже немолод. Его жена тоже на это надеется. Непосредственно перед погромами они получили разрешение на выезд из страны и на въезд в Англию.

Дорогой Андре, сможешь ли ты присмотреть за детьми, пока они ждут приезда родителей? Если ты сочтешь это необходимым, можешь отправить их в Лондон, где проживает их дядя. Слава Богу, британское правительство не требует получать въездные визы на детей.

Надеюсь вскоре увидеть вас в Лейпциге, Камиллу и тебя, как мы и договаривались. Вырази мое глубочайшее уважение своей супруге, и поверь, я остаюсь твоим самым преданным другом.

Карл

Но Камилла так и не поехала в Лейпциг вместе с отцом. И не только потому, что Валентина категорически возражала против этой поездки: Андре и сам отказался от путешествия и предпочел сопровождать Лизелотту и Генриха в Лондон.

Мимо девушки прогрохотал грузовик, полный мешков с песком. Очнувшись от раздумий, Камилла удивилась спокойствию, царившему на улицах города. Сосредоточенные прохожие, погруженные в мрачные мысли, торопливо шагали по тротуарам. Мужчины с седыми волосами прикололи награды на грудь. У многих женщин были тяжелые веки — следы первой ночной тревоги, которая разбудила их около четырех часов, в те серые предутренние мгновения, когда ночь еще не отступила, передавая дню свои права. Все были потрясены, узнав об объявлении войны, хотя многие давно предвидели подобное развитие событий.

Камилла прошла мимо мужчины с озабоченным лицом, на руке которого выделялась ярко-желтая повязка. Вот уже несколько дней по радио объясняли, что такие повязки носят добровольцы пассивной обороны.

Навстречу девушке вылетел маленький продавец газет в клетчатой кепке и чуть не сбил ее с ног:

— Скоро на Берлин обрушатся бомбы! Немцы в ужасе! — завопил он зычным голосом, который никак не вязался с его щуплой фигуркой.

Внезапно Камилла почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы злости и досады. Она сжала кулаки. Да какое они имеют право ломать ее жизнь?! Только недавно начался второй учебный год! Она все предусмотрела, все спланировала: четыре года учебы, получение диплома о профессиональной подготовке и официальное трудоустройство в Дом Фонтеруа. И вот из-за этих проклятых военных все летит в тартарары! Ох уж эти мужчины и их милитаристские амбиции! А еще этот коварный страх, который преследует ее и заставляет испытывать стыд.

Камилла сунула руку в карман за платком. Не найдя его, она вытерла нос рукавом и решительно направилась к входу в метро.