Был ещё один предмет для души. Назывался он «труд» для мальчиков, «домоводство» для девочек. Что там делали девочки эти годы, я не знаю. Только однажды, это было в год землетрясения в Ташкенте, значит пятый класс, почему-то так запомнилось, — девочки приготовили Московский салат, а потом позвали мальчиков отведать. Почему-то Сергей Микоян был настроен против, я не мог принять другую сторону. Я стоял на позициях моего друга, иначе можно потерять дружбу. А Зурабян Роберт, он стоял рядом со мной, как-то тихо, незаметно подобрался к скамейке и подсел с краю, кажется рядом с Борей Тереховым. Ох и потекли мои слюнки!
Уроки труда были в разных кабинетах: слесарное дело преподавал Дмитрий Назарович, столярное — Вильям Александрович.
Дмитрий Назарович (Динозавр) ничем особо не запомнился, был больше хмурым. Остался в памяти сделанный мною собственноручно совок по схеме-рисунку из жести, аккуратный такой совок. Запомнились новые термины: токарный станок, шпиндель, резец, фреза. Мы научились простейшим токарным приёмам: точение цилиндрических заготовок, сверление металла и т. п.
Полной противоположностью Динозавру был Вильям Александрович (Мартиросян) — свойский, весёлый, часто запанибратский, он позиционировал себя, как наш старший друг, рассказывал анекдоты, байки, делился впечатлениями увиденных фильмов. У него была каптёрка, или комната вахтёра, с тахтой, такая домашняя, уютная. Мы поговаривали, что сюда он водит женщин. Мужик он был красивый, стройный, подтянутый, обычно в костюме, при галстуке, — сам бог велел иметь пропуск на произвольную программу[65].
У Вильяма мы тоже кой чему полезному научились по столярной части, новые термины: казеиновый клей, морилка, брусок, доска, кромка, ребро, торец. В кабинете стоял фуговальный станок с циркулярной пилой, на нём он не разрешал нам никаких строганий, пилений. Но однажды он сам оплошал по невнимательности ли, зацепился пальцем за вращающийся резец, заорал от боли, зажал палец другой рукой. Быстро вызвали скорую. Минут тридцать, пока он не вернулся, в школе гудело: «Вильяму палец отрезало на станке!» Мы точно знали, что палец на месте, срезало мякоть ладонной поверхности, этот кусок плоти валялся на столе, сантиметра два длиной. Вскоре наш любимчик вернулся, бледный, со скрываемым страданием на лице и с перевязанным пальцем, по-быстрому накинул на плечи плащ, попросил ребят достать из пачки сигарету и дать прикурить и уехал домой. Вскоре палец зажил, и Вильям Александрович вернулся в старый образ весёлого свойского педагога-друга.
Физкультуру нам всю дорогу давала Аида Акоповна (Мартиросова). На школьном дворе и в спортзале мы глазели на её замечательные формы в обтягивающих спортивных костюмах, видимо, финских. Жгучая брюнетка, тёмно-карие глаза, красивые черты лица, возможно, она была полукровкой. Аида Акоповна была строга, требовательна, но оторвать от неё взгляд я не мог, это был пубертатный период. Запомнилась одна мелочь. Прыжки в высоту через перекладину, установленная высота один метр. Сергей Микоян сделал это перекидным способом, как Валерий Брумель. Просто фостбери-флоп появился только в 1968 году, а памятное событие школьного спортзала относится примерно к 1967 году. Все остальные и я в их числе перепрыгивали «ножницами». К моему удивлению, я достаточно легко преодолел эту планку. Аида Акоповна похвалила: «Молодец! Вот, смотрите все, толстенький, а как легко прыгает!»
В старших классах появился новый физрук, мужчина, имени его я не вспомнил. А самым главным по спорту в четвёртой школе был Искандарян Жора. Пышные усы, кудрявая шевелюра, почти двухметровый рост. Когда он проводил урок физкультуры во дворе школы, в окне нашей спальни, а оно пятое от угла здания на третьем этаже, чётко звучал громкий баритон Георгия Михайловича: «Раз, два, три, четыре…» Он тоже был неулыбчивый, видимо, спорт формирует сосредоточенность, а выглядит это со стороны как хмурость. Ежегодно Искандарян собирал старшеклассников в поход на Маймех[66], ходили одержимые спортом и альпинизмом, я на Маймехе не был.
Мы были в классе девятом, когда Искандарян ушёл из школы и стал директором ресторана «Урарту» в новом высотном здании около озера. В этом ресторане часть наших выпускников, включая меня, провела «выпускной бал», вечер с ночными прогулками, дань традиции и прощание со школой.
