Значит, информация такова. Завтра выходит из бухты грузовое судно, которое доставит на борт американской субмарины припасы, свежую воду и топливо. Ну и прессу. Субмарина имела номер SS-565, тип «Тэнг». Понятия не имею, что это за тип, но на борту команда из восьми офицеров и семидесяти пяти матросов. Что-то многовато. Однако информация есть, где судно на загрузке стоит, знаю, так на борт и проник. Дальше был выход, я прятался в трюме, и почти двенадцать часов куда-то шли, пока я не понял по усилившейся качке, что всё, дошли, стоим, да и касания с другим судном, возможно субмариной, ощущались. Маты не справлялись. Ничего, я в сторонке выбрался из люка и осмотрелся. Ага, ночью погрузка идёт. Вот только команда субмарины сама всё спускает на подлодку вниз, им лишь подают с помощью поддона и грузовой стрелы, то есть не пускают грузчиков из команды судна к себе. Правильно делают. Я постарался глянуть, что на лодке происходит, и обнаружил трёх сигнальщиков-наблюдателей с биноклями, что контролировали небо и горизонт, и четырёх офицеров на верхней рубке. Один с капитаном судна общался, на котором я находился. И ещё два десятка моряков занимались разгрузочными работами. Один из наблюдателей меня засёк, посмотрел, так что я отступил в тень и пробежал на другой борт. Найдя свободную бухту, кинув конец за борт, по нему спустился в воду. Ничего так, тёплая, котомка и вещмешок тянули ко дну, но я держался, только винтовку сбросил и доплыл до кормы лодки, обойдя нос судна, там снял с себя вещи и закинул на палубу. Тут склон, сверху рубки не видно, но меня больше команда вьетнамского судна беспокоила, эти могут рассмотреть. Котомка промокла, а вещмешок только снизу. Пусть сушатся.
Мне два часа пришлось в воде провести, пока наконец погрузка не была завершена, шланги убрали, коими заполняли топливные цистерны субмарины, и всё. Отдали концы, и судно стало отходить в сторону. И у меня в ногах вдруг забурлило, винты заработали. Однако я не задёргался, не опасался ноги потерять, винты гораздо глубже, а то на палубу поднимусь, обнаружат. Нужно дождаться, когда судно уйдёт, поэтому и сидел по шею в воде, сжавшись в комок и поджав ноги. Наконец судно, погасив огни, скрылось в темноте, а лодка стала уходить дальше. Я знал, почему американцы так себя ведут. От полковника узнал, из порта Сайгона. Несколько дней назад над американским эсминцем пролетал северо-вьетнамский истребитель и атаковал. Были пожары и убитые. Прикрытие с авианосцев не успело, и удрал. Вот и хоронились. Кстати, я помнил, что лётчик, который это совершил, из наших, русских, был. В моей памяти такой эпизод имел место быть.
Лодка удалялась в глубь Южно-Китайского моря, а я, поднявшись выше, стал изучать рубку. Народу стало чуть меньше, два офицера и всё те же три наблюдателя, и пока не подберёшься. А чуть позже, кажется, это был капитан, спустился вниз. Оставив вещмешок на месте, вода пусть рядом бурлит, но вроде до него не доходит, не смоет, да и нет там такого ничего ценного, из-за чего бы я расстроился. Так что двигался у левого борта, по шею в воде, на открытой палубе меня увидят, хотя тут тоже не подарок, струя воды от движения может смыть легко, приходится прилагать силы, чтобы двигаться дальше. Котомка бьёт по боку. А та не самая лёгкая. А ведь всё дело в принципе. Думаете, я из-за денег в это дело ввязался? Это просто приятный бонус, главное, я хотел сам знать, смогу это сделать или нет? Поможет мне опыт прошлых реинкарнаций, или нет? И вообще, я живу во всю грудь дыша, вот и ухватился за такое приключение. Это же восторг. Одно дело броню угнать, а совсем другое – подлодку. Разница огромна. Однако добраться до рубки я наконец смог, выбрался на палубу, отдышался и, достав два ножа, приготовился и стал по скобам подниматься наверх, внимательно прислушиваясь к шуму сверху. Пока тихо.
