— Уверен? У них была фотка. Какая-то старая. Лет пять назад снимали. Но малец на фото очень похож на тебя. Однако, думаю, никто тут не врубился. Водителя сменили, а остальные ничего и не заметили, слепое старичье. Но я-то все понял.
— Что ты им сказал? — спросил Джед, с трудом сглотнув комок в горле.
— Да ты не волнуйся! — Парень хлопнул Джеда по плечу. — Я сказал, что такого здесь не видел.
— Спасибо, — промямлил Джед и наконец-то вздохнул свободно.
— Да без проблем, — отмахнулся парень и помолчал немного. — Послушай, у меня есть идея. Может, угостишь меня завтраком? Когда приедем в Даллас, идет?
— Завтраком?
Джед подумал про свои сбережения. Тратить больше, чем абсолютно необходимо, он не очень-то торопился. Но тут же в голове мелькнула мысль, что этот тип легко может набрать 911. Если у него есть мобильник. А если даже и нет, то до Далласа впереди еще семь остановок. И на каждой наверняка есть телефоны-автоматы.
— Конечно, — сказал он, выдавив улыбочку. — С удовольствием.
— Круто. Долгие путешествия вызывают во мне аппетит. — Парень встал и направился к своему месту. — До встречи… — бросил он через плечо.
В одной тысяче двухстах милях, в городе Уинсон, штат Миссисипи, пришло время заняться делом и Кёртису Ривердейлу.
В корпорации «Минерва» Ривердейл представлял собой некое отклонение от общей нормы. Был кем-то вроде белой вороны. От остальных он отличался тем, что должность свою занимал здесь еще до того, как тюрьма перешла во владение корпорации. Обычно при покупке нового объекта руководство «Минервы» от прежнего руководящего персонала избавлялось либо задвигало его куда-нибудь на задний план. На какую-нибудь незначительную, не имеющую властных полномочий, чисто номинальную должность. Оставалось только подождать, когда скука, сопряженная с чувством унижения, доведет человека до того, что он подыщет себе работенку где-нибудь в другом месте. А если попробует выступать, уволить по горячим следам вместе с третьей частью его сотрудников.
Процесс начался как обычно. Новое начальство нагнало и расставило по местам целую кучу своих охранников. Людей проверенных, людей «Минервы», набранных из других предприятий компании. Специально отобранных для того, чтобы заменить тех, которых забраковали. Одновременно прошла и замена начальника тюрьмы. На его место был назначен новый. Высокого роста, худощавый, сорокалетний, одевался как успешный банкир, а говорил точно диктор на радио. Он делал все, что обычно делает новый босс, всем своим видом демонстрируя, что способен одновременно ходить и говорить. Но в Уинсон жить он так и не переехал. И постоянно болел. Больше времени проводил в больнице, чем на работе. И через полгода не выдержал. Уволился. А во время частых случаев отсутствия нового босса на работе его обязанности, пользуясь удобным случаем, исполнял Ривердейл. И показал себя при этом человеком поистине бесценным. Гибким. И вполне здравомыслящим. Способным вписаться в режим работы «Минервы» с таким успехом, какого Хикс ни разу не замечал в других представителях среднего руководящего звена компании.
Некоторые руководители исправительных учреждений относятся к делу, связанному с содержанием человека в неволе, так, словно управляют не тюрьмой, а супермаркетом. У них был странный подход к своему делу: положить им побольше, продать им дешевле. Но в корпорации «Минерва» исповедовали иной принцип. С самого начала у Хикса и Брокмана были совершенно иные взгляды на то, чем они занимаются. На себя они смотрели как на неких старателей Старого Запада. У тех и других была одна и та же цель. Отделить золото от мусора и грязи. Только для этого они использовали не лопаты, ведра и сита. У них была особая система. Они придумали ее и разработали сами. Потом усовершенствовали. И довели до ума. И использовали ее для тщательнейшего просеивания постоянного потока заключенных, присылаемых штатами, с которыми компания заключила контракты.
Процесс начинался с работы с новыми осужденными. То есть с так называемой свежей рыбкой. Юристы тщательно оценивали их личные дела. Бухгалтеры анализировали состояние их финансов. Специалисты по генеалогии внимательно изучали родословную каждого. Затем проводились квалификационные тесты. Выявлялись заключенные, обладающие определенными навыками и талантами. Для оценки особенностей характера и личных качеств каждого привлекались психологи. Отбирались наиболее подходящие экземпляры. Остальные вместе с другими заключенными отправлялись к врачам. С ними проводился длинный ряд процедур по сортировке и отбору. При необходимости назначался курс лечения. И после того как каждый индивид был досконально изучен и классифицирован, выносилось решение, на какой именно его следует отправить объект.
