– Там не было ни одного трека. Только демо-версии по две минуты максимум. И качество низкое.
– Это не так уж важно. Важнее, что каждый их сохраненных фрагментов – это повод создать новый арт. Я могу слушать их бесконечно, как смотреть «Бегущего по Лезвию» или «Интерстеллу».
– Любишь аниме? – Этьен закрыл «Мак» и принялся за брускетту, покоряя Маеву элегантной манерой пользоваться ножом и вилкой.
– Спрашиваешь! Я обожаю аниме.
– А я знаю, где сегодня нон-стоп,
– И ты приглашаешь меня?
– Нет.
Как, то есть «нет»? Их вечер так быстро промелькнул и уже подошел к концу? Но…
Обозначившиеся недоумение и оттенок непонимания в ее взгляде, отозвались в душе виной за произнесенное так глупо с его стороны «нет». Нашел повод блеснуть своим мрачным юмором…
– Прости, – он поспешил взять ее за руку, – Я, скорее, не приглашаю, а прошу тебя пойти со мной. Я просто был слишком уверен, что ты пойдешь, и глупо пошутил, – опустив голову, признался он.
– Своеобразная ирония, – медленно приходя в себя, отметила она, – Я обязательно у тебя этому научусь…
– Я не в ладах со своим чувством юмора. Ты не сердишься на меня? – с надеждой улыбнулся ей он.
– Нисколько, но ты меня больше не проведешь, хитрый лис, – коснулась ямочки на его щеке она.
– Поспорим? – действительно мило и по-лисьи прищурился он.
– Хорошо. И, думаю, что смогу тебе помочь поладить со своим чувством юмора…
Нон-стоп давно закончился, и новый парижский рассвет покрыл город золотом только ради тех, кто не спит в ранний час. Словно хранитель города, он любуется романтиками и медлит нажимать кнопку «пуск» повседневной суеты и шума пробуждающихся улиц. Действительно, почему бы не подарить этим мечтателям несколько волшебных мгновений и первых проблесков лучей? Пусть пьют кофе у окна, бродят по улицам, говорят по душам. Еще не время расставаться. Совсем не время…
– Как все-таки здорово, что Лео вытащил тебя вчера в «Буасоньер», – Маева грациозно шла по бордюру тротуара, держа Этьена за руку.
– И даже если бы он этого не сделал, думаю, мы все равно встретились бы в метро. В общем, я уже не согласен на вчерашний день без тебя.
– А я согласна поменять все во вчерашнем дне. Кроме встречи с тобой и того, что меня наконец-то уволили.
– Готовишь лучший в мире кофе и все равно не любишь свою работу?
– Я приехала в Париж не кофе готовить. Я хотела рисовать. Только, об этом мало кто знает. Планировала поступить, но не уложилась в сроки и не предоставила работы комиссии. Тогда решила, что буду рисовать с натуры, ведь я, как-никак, сняла жилье на Монмартре. Но к тому времени стало слишком холодно. И еще подвернулась эта работа в баре. Я заработала на планшет, осваиваю его по ночам. Вот только, совсем забросила живопись…
– А что, если, так должно быть, и твое будущее – это именно цифровая графика?
– Ты говоришь так, потому, что не видел мои работы акрилом.
– Дело не в том, что я сомневаюсь, в твоем таланте. Просто, я верю в цифровое искусство. И в то, что талант и диплом – это разные вещи. Но, как бы то ни было, самое важное, это слушать себя и верить себе. Не отступать и не сворачивать с выбранного пути. Возьмем, того же Лео. Он хотел снимать кино. Непростое. Кино нового формата. Два раза поступал, оба – фиаско. Но Лео не тратил время попусту. Устроился ассистентом оператора, расширил круг знакомств и связей. А спустя всего год снял свою первую короткометражку. А в этом году весной? Где Лео? А Лео в Каннах, получает свой первый титул…
– Я тоже верю, что если не сдаешься, многое может измениться не то, чтобы со дня на день, а даже в следующее мгновение…
Остановившись у крыльца шестиэтажки, Маева шагнула на каменную ступень. В её задумчиво-карих глазах, сверкнул отражением утренний солнечный луч, а шелком волос заигрался тот самый ветер, что прогнал из города вчерашний ливень.
– Мне почему-то кажется, ты любишь перемены, – Этьен отвел с её лица брошенную порывом прядь.
– Скорее, да, чем нет. Поднимешься? Картины распродала и раздарила, а вот настоящий кофе обещаю.
– Не откажусь, впереди длинный день.
По привычке ведя рукой вдоль перил, девушка задержалась около почтовых ящиков. Ключ, тот самый слайд, который она так хотела найти. Во вчерашней суете она совсем позабыла, что оставила «Вог», среди страниц которого остался рисунок, здесь, когда возвращалась.
– Вот она, река времени, – Маева показала ему свое новое творение.
Стройный и загадочный темный силуэт замер у входа в заброшенный храм, поросший зеленью леса. Здание освещали косые лучи солнца, пробивающиеся сквозь проемы окон и разломы стен. Рекой создательница назвала бурный лесной ручей, проложивший здесь свое русло.
– Мне хорошо знакомо это место. Мы, что, могли встретиться там? – Этьен тут же дал неожиданную оценку увиденному.
– Ты сейчас шутишь или говоришь на полном серьезе?
– То есть, ты рисовала это так, как обычно видишь?
– Конечно. А ты – что, хочешь сказать, что все это существует на самом деле?
– Когда окажешься там, убедишься, что так и есть.
– Если ты бываешь там, так может, у тебя есть фото?
– Я не фотографирую.
