Средневековые источники содержат много информации о ходе и исчислении времени – о датах и событиях, о рядовом и вечном. Однако, когда речь заходит о ремесленниках и торговцах, источников, позволяющих охарактеризовать их собственные представления о движении времени, оказывается не так много, и их опосредованный чаще всего характер затрудняет поиск историка. Разные временные интервалы и меры времени встречаются в ремесленных и торговых регламентах, регулировавших профессиональную деятельность мастеров, подмастерьев и учеников. В регламентах время фиксировали целенаправленно, стремясь точно обозначить начало или конец определенного момента, длительность или последовательность действий – в ходе работы, прежде всего. Однако нормативные акты регулировали не только работу, но и повседневную жизнь ремесленников и торговцев, включая время для отдыха и еды, причем заданное как биологически, так и социально (для владельцев мастерских и для их работников). Время выступало также одной из оценочных категорий, определявших соответствие деятельности и поведения общим ментальным установкам, обычаям и профессиональным традициям: правила, существовавшие издавна; действия, выполненные вовремя, и др. Общие для всех средневековых горожан интервалы и меры времени предстают в этих источниках в их особенном восприятии, заданном разными профессиональными сферами.
Сборник парижских ремесленных и торговых регламентов XIII столетия, известный под названием «Книга ремесел» Этьена Буало, служит историкам в самых разных изысканиях. Представляя исключительное многообразие профессий, существовавших в средневековом Париже, он позволяет увидеть вариативность социальных и профессиональных традиций, а также выработанных в XIII в. подходов к урегулированию обыденных и конфликтных ситуаций.
Принято считать, что в «Книгу ремесел» вошли 100 или 101 регламент, хотя такое представление о ней является продуктом значительно более позднего времени. При прево Парижа Этьене Буало в последние годы правления Людовика IX одновременно были записаны около 60–70 уставов ремесленных и торговых корпораций: точное их количество неизвестно, поскольку предполагаемый оригинал «Книги ремесел» был уничтожен пожаром парижской Счетной палаты в 1737 г., и его состав восстанавливается лишь приблизительно[329]. Однако даже такого числа регламентов более чем достаточно, чтобы говорить о «Книге ремесел» как об уникальном историческом источнике, который содержит разнообразные сведения о профессиональной деятельности и повседневной жизни парижских ремесленников и торговцев, притом что составители регламентов ни в Париже XIII века, ни в каком другом случае не стремились учесть все возможные проблемы или все обычные для конкретного профессионального сообщества ситуации, а фиксировали то, что представлялось особенно важным или срочным.
Упоминания о времени есть почти во всех уставах «Книги ремесел», во многих случаях они дополняют друг друга, а недосказанное или отмеченное мимоходом в одних текстах может быть более подробно изложено в других. Ценные сведения об отношении работавших горожан к разным моментам времени содержат и статуты о городских торговых пошлинах, составивших вторую часть парижских регистров. В них детально расписаны пошлины, которые следовало платить за товары, проданные в городе (тонлье, пеаж, аляж, эталяж[330] и многие другие): их виды и размеры, исключения для товаров и разных продавцов. Статуты перекликаются с уставами профессиональных сообществ, где также зафиксированы пошлины, частично повторяя и дополняя их сведения.
В «Книге ремесел» можно обнаружить как краткие, так и длительные временные интервалы, они будут последовательно, от б
В «Книге ремесел» нет минут и секунд не только как меры времени, но и как знаков его быстротечности.