Правило, очевидно, не распространялось на лиц, захваченных с поличным на месте убийства или виновных в нарушении границ имения (англ. trespass). А также в фальшивомонетничестве – в том случае, если преступника захватывали с орудиями преступления. Если же не находилось никого, способного внести залог, то, например, в поселениях Шотландии[309], согласно обычаю, виновного помещали в его собственный дом и в течение двух недель содержали в цепях. Если залога не находили и за указанное время, то такого заключенного переводили в помещение королевского биддла[310], где его содержали на деньги его обвинителей; биддл должен был отыскать «самые крепкие цепи», в которых предписывалось держать заключенного.
Интересны также сроки, указанные в текстах обычаев по отношению к действиям досудебного характера и, в частности, по отношению к процессу наложения ареста на имущество за невыполнение долговых обязательств.
Обычаи большинства городов предписывали налагать арест на имущество, как правило, не ночью, а в дневное время. Обычай Дувра, например, специально настаивал на том, что даже бейлиф города не может привлекать к ответственности за долги и налагать арест на имущество в период от захода солнца до его восхода. Ночью можно было наложить арест (как правило, в присутствии трех свидетелей-соседей) за долги королю, королеве или городской общине[311].
Конфискация имущества за невыполненные долговые обязательства была связана с классическим сроком, отраженным в записях многих обычаев. Это срок
Общим правилом было то, что конфискованное имущество должно было оставаться в городе[313]; ведь должнику следовало дать возможность по прошествии года и дня обратиться с требованием реализации своего права возвратить (
Согласно обычаю Ипсвича XIII в., в том случае, когда должник по какой-то причине опаздывал с возвратом своей части имущества, оставшейся после уплаты долга кредитору, и требовал ее не через год и день, а позже, то кредитор имел право не возвращать это имущество. В особенности это относилось к такой движимости, как предметы домашней утвари (столовое золото и серебро), вооружение, доспехи, драгоценности[314].
В связи с процессом возврата конфискованного имущества, наряду с классическим сроком в год и день упоминаются и более короткие временные отрезки. Так, возврат конфискованного за долги имущества после покрытия долга его частью предполагал следующие правила: горожанину позволялось в течение
Правила продажи конфискованного имущества после покрытия суммы долга в том случае, если в течение года и дня должник не прибегнул к аффидации, были таковы. Обычно в течение трех дней в суде или на городском рынке осуществлялась т. н. «прокламация», то есть объявление сержантом или коронером начала торгов по конфискованному имуществу. Это делалось с тем, чтобы дать возможность владельцу имущества, по каким-то причинам не обратившемуся к властям в течение года и дня, узнать о предстоящих торгах.
Срок в год и день фигурирует также и в записях других обычаев, относящихся к важнейшим сферам городской повседневности. Беглый виллан, прожив в городе в течение указанного срока, становился свободным. Причем в тексте одного из обычаев Уотерфорда сказано, что он мог даже выбирать между свободой и прежним вилланским статусом[317].
Этот же срок упоминается в записях обычаев в связи с уже известной нам темой вчинения иска на предстоящем судебном заседании. Выше упоминалось о том, что обычай необходимости вчинения иска от членов рода потерпевшего был столь основательным, что в некоторых городах средневековой Англии вплоть до XIV в. в суд не принимали дел, которые инициировали иные лица[318], в том числе государственные служащие или коронеры. Это было бы нарушением местных обычаев, согласно которым иск должен был подать сам потерпевший или члены его рода. И только в том случае, если родственники не апеллировали в суд в течение года и дня, разбор дела начинался при его инициировании и участии в нем городских властей.