Мы пробирались по направлению к дороге наугад. О том, чтобы искать телефон, не могло быть и речи, хотелось уже поскорее выйти из этого пропитанного удушливой влагой и нашим страхом леса.
Но только спустя час тщетных блужданий, внезапно услышали свист. Отдаленный и протяжный. Это означало, что где-то поблизости есть люди.
— Я больше не могу бегать, — сказала я. — И ходить тоже не могу. Нога очень болит.
— Ладно, — немного подумав, согласилась Вика. — Давай будем считать, что нас сейчас найдет добрый лесничий и спасет.
И мы дружно на разные голоса завопили: «Люди! Ау! Ау!».
Вскоре свист повторился и уже намного ближе. «Ау, ау…», — кричали мы, пытаясь определить с какой стороны он доносится.
— Если это тот, — решительно сказала Вика. — Бей жёстко, не жалей. Меться в горло или в пах, а ещё лучше со всей дури в колено, так, чтобы больше никогда ходить не смог. Если же совсем припрет, выдавливай глаза. Ясно?
— Ясно, — пролепетала я. От её слов снова стало страшно.
И тут за Викиной спиной, среди ёлок, что-то мелькнуло. Очень быстро. Появилось и мигом пропало, оставив качаться задетые ветви.
В животе похолодело. Раз кто-то прятался, значит, ничего хорошего ожидать не стоило.
Вика обернулась и попятилась, мы обе, не сводя глаз с ельника, подняли палки.
Неожиданно за нашими спинами раздался хруст, и Викины плечи резко обхватили чьи-то руки. Она истерически завизжала, и я, уже совершенно ослепленная страхом, со всей силы опустила палку на крепко сжимавшую Вику в объятиях тёмно-коричневую спину.
— Офигела! — Макс болезненно изогнулся назад, капюшон с него слетел.
— Прости, — только и смогла проговорить я.
Хорошо, хоть по совету Вики в горло не метилась.
А она, как только увидела его лицо, кинулась на шею и принялась расцеловывать. Макс мгновенно разомлел.
— Как ты нас нашел? — поразилась я.
Но вместо ответа ветки ельника раздвинулись и из-под них, весело улыбаясь, вылез Артём.
— Что? Испугались?
При виде его вдруг накатило такое необыкновенное, беспомощное бессилие, что я в изнеможении опустилась на колени и закрыла лицо руками, стараясь не расплакаться.
Джинсы тут же промокли.
— Эй, ну ты что? — он погладил по голове. — Мы же вас всё-таки нашли.
— На нас какой-то маньяк набросился, — с жаром пояснила ему Вика. — Он меня своими вонючими руками трогал. Прямо под кофту залез, тварь. Хорошо, Вита его треснула.
Артём тяжело вздохнул:
— На весь лес один мужик, и того ты цепанула.
— На запах Гуччи шел, — подсказал Макс.
— Не смешно! Мы чуть не умерли от страха и собирались его убить, — Вика пару раз всхлипнула, и когда Макс её обнял, горько, совсем по-детски, в голос разрыдалась.
— Ты как? — зацепив пальцем подбородок, Артём заглянул мне в глаза.
— Нормально.
— Не вздумай больше теряться.
На его красивом лице появилась серьёзная, не свойственная ему озабоченность. Взял обеими руками за плечи и поставил на ноги.
— Вы почему меня не послушали? Куда вас вообще понесло? Совсем безмозглые?
— Нам человек один пообещал помочь. Вике за это пришлось кольцо отдать.
— И телефон я потеряла, — сквозь рыдания проговорила та. — А ещё он нам всякие ужасы рассказывал, что здесь в это время вечно что-нибудь страшное происходит. И вообще, это ты виноват! Зачем того упыря дразнили? Тут вам не Москва!
— Вот, поэтому я и не хочу собаку! — сказал вдруг Артём Максу. — Одни нервы.
После чего повернулся и пошел прочь от нас, и когда чёрная блестящая куртка скрылась за деревьями, до нас вдруг донеслось его веселое, беспечное пение:
— Куда ты тропинка меня привела? Без милой принцессы мне жизнь не мила…
— Ведь я не боюсь никого, ничего…, — подхватил Макс, взял Вику за руку, и мы поспешили догонять Артёма.
Оказалось, что с шоссе парни почти сразу съехали на небольшую лесную дорожку, спрятали там Пандору и пешком вернулись к кафе.
Официант объяснил, что мы уехали с местным дальнобойщиком, и они, чтобы не «светить» Пандору, тут же договорились с другим водилой, обедавшим в кафе.
Грузовик Саныча нагнали на перекрестке, и он клятвенно заверил, что мы сошли по дороге.
Тщательно высматривая нас на обочинах, парни медленно поехали обратно. Тогда-то Артём и заметил на дороге рассыпанные эмэндэмки. Спустившись в этом месте в лес, они почти сразу обнаружили Викин телефон. А потом мы сами откликнулись на их свист.
Вика была так рада телефону, что вмиг позабыла обо всех страхах и опять вовсю смеялась и кокетничала, словно ещё совсем недавно не лежала на шпалах, желая унестись вместе с облаками.
А я думала только о маме и о том, что будет, когда она не дозвонится мне.
