Ему казалось это забавным — каждый раз прорываясь в голову Поттера он улавливал только мысли о себе. Он уже понял, что его волосы выглядят лучше, чем у Уизли. Как Эдвард понял из контекста, под Уизли парень имел ввиду целую семью, которые были рыжими разного оттенка. Ещё Гарри думал о том, какой цвет глаз был у вампира до обращения, а они были зелёные, больше чайные, нежели такие, как у самого парня. Эдвард уловил также, что он круто управляет машиной. В особенности Поттеру нравилось то, как уверенно он держит руль. Ещё Каллен отметил, что парню не нравится, что он холодный, это мало кому нравилось, но также в этой мысли было что-то ещё про то, каким были бы ощущения, если бы Эдвард стал тёплым. Но фраза обрывалась. Хотя он не маленький мальчик и, кажется, достаточно услышал из головы парня, чтобы понять — он ему симпатичен. Эдвард много кому был симпатичен, и чаще всего это ему говорили в лицо или показывали прямо. Гарри же смущался даже думать, и это было мило.
Гарри подождал Эдварда в своей машине, размышляя, что в первую очередь рассказать о магии. Показать сразу, а потом объяснить, или сперва намекнуть и посмотреть на реакцию? А если показывать, то что, Люмос? Нет, это больше похоже на детские фокусы. А может провести его через магический выход в Скроф? Гарри представил, как удивится Эдвард, и тихо посмеялся, сразу вспомнился свой первый день, когда Хагрид привёл его на Косую Аллею. У Элис же дар предвидения! Может, они уже все знают и просто ждут, когда он довериться им?
— Может, Элис уже что-то видела в своих видениях? — спросил он, когда они уже разместились в гостиной.
— Она мне ничего не говорила, — Эдвард был весь во внимании и не отрывал взгляд от Гарри, тот, как и в первый раз, заварил себе чай и взял тонкую палочку с камина, только сейчас он не прятал её в рукав. — Но у меня есть догадки.
— Какие? — Поттер тянул время.
— Я надеюсь это не обидит тебя, — вампир улыбнулся и кивнул на палочку. — Из-за этой вещи я вспомнил фею Динь-Динь из Питера Пэна, у нее была волшебная палочка с такой милой искрящейся звёздочкой на конце. Ты же не фея?
— Нет, — посмеялся Гарри, дышать ему стало немного легче. — Но… Так и есть, палочка волшебная.
— И ей ты можешь творить волшебство? — Эдвард спрашивал с любопытством, без иронии, как ожидал Поттер.
— Да, но не в палочке дело. Я узнал, что волшебник, когда мне было одиннадцать…
— Волшебник, — задумчиво повторил вампир. — Как Мерлин или Гэндальф{?}[архетипический мудрый волшебник, традиционная фигура в знакомой Дж. Р. Р. Толкину скандинавской и британской мифологии.]?
— О, нет, до первого мне далеко, — Гарри радовался. Оказалось, это было проще, чем он думал. — Сейчас нет магов, которые могли бы стать равными ему. А Гэндальф, честно говоря, лишь вымысел автора, мне кажется, он знал о магическом мире. Я могу тебя туда провести, если для тебя это не перебор, — Скроф был небольшим поселением и навряд ли смог бы сильно поразить вампира.
— Гарри, — даже собственное имя для Поттера, звучало как-то иначе и красивее, когда его произносил Эдвард. — Но почему ты тут, в Форксе, когда перед тобой открыта дверь в самый настоящий волшебный мир?
— Он совсем не сказочный, как может показаться, — Поттер взмахнул палочкой, снимая чары отвлечения внимания с двери. — Там не хуже и не лучше, просто иначе. За этой дверью деревушка Скроф, небольшое магическое поселение, там живёт около двухсот волшебников. На первый взгляд он не отличается от улиц Форкса.
— Покажешь? — почти шёпотом спросил вампир, затаив дыхание.
Гарри отставил кружку на журнальный столик и двинулся к двери, Каллен последовал за ним. В отличии от маггловской части дома, тут у него были соседи, — вдоль узкой улицы без проезжей части тянулись домики-коттеджи. Эдвард спустился с террасы, осматриваясь. Поверить глазам было сложно. Вот они только были там, а сейчас на самой настоящей магической улочке. Поттер закрыл входную дверь, наложил на себя согревающие чары и увлек вампира направо, где был разбит небольшой парк вокруг пруда, в котором жили илистые гриндилоу. Эти были не опасны и очень дружелюбны к детям, в отличие от болотно-зелёных, своих собратьев по виду. Но илистых часто истребляли, путая, а тут их развели специально, не смотря на то, что иногда они проказничали и пугали прилетевших уток, дёргая их за лапы. Птицы обычно не выдерживали подобного стресса и улетали на соседнее озеро в нескольких милях отсюда. Гарри засунул руку в холодную воду, приманивая к себе нечисть, которая липкой стужей уткнулась ему в ладонь, прося ласки. Скользкие щупальца обвились вокруг его запястья и над водой показалась мордочка. У этого гриндилоу не было зубов, лишь пухлые и смешные губы, которыми он почмокал, смотря круглыми глазами прямо на человека.
— Нет у меня ничего, — признался Гарри, и тварь словно поняв, разочарованно спрыгнула обратно в глубь. — Вот такие они обидчивые. В прошлый раз я скармливал им яблоки и банановые шкурки, они такое любят.