Дэвид не мог отделаться от мыслей о Чарльзе. Всю дорогу до гостиницы он крутил передатчик, стараясь отыскать волну и выйти на связь с другом. Подсознательно он понимал — скорее всего, это невозможно из-за поломки второй рации. И тогда уговаривал себя, что Чарльз — мастер на все руки — починит механизм и они поговорят. В отличие от него, Макс совершенно беззаботно растянулся на заднем сидении джипа и едва ли не мурчал под кондиционером. Он воспринял пропажу Чарльза из зоны доступа легко, даже слишком. Похоже, мальчишка думал, что Эдвардс бессмертный. А это не так.
Им предстояло переночевать в гостинице и дождаться, пока завтра за ними приедут люди Тодески. Но что, если их никто не страхует? Вдруг Чарльз погиб по каким-то причинам или его взяли в плен? Дэвид знал — на него можно положиться. Он и под пытками не выдаст их с Максом. Поэтому если они и не свяжутся, правильным будет тихо-мирно уехать из штаба Теты, отыграв роль посланников. Рыпаться и пытаться самим освободить пленных макси Дэвид не видел смысла. С замками они не справятся без Чарльза, а придумывать на ходу новый план и рисковать собой ради кого-то он не хотел. Но с таким решением могут возникнуть проблемы со стороны Макса. Как бы его не накрыла волна идиотизма и он не стал бросаться на амбразуру, чтобы спасти Кайла.
В холле их встречал представитель коренного населения, одетый ярко и торжественно. Он поклонился Дэвиду и Максу, сложив пальцы домиком, и елейно улыбнулся.
— Добро пожаловать, — учтиво поздоровался он на ломаном английском. — Ваши номера готовы.
— С кем я могу поговорить по поводу вакцины для местных жителей? — сразу спросил Дэвид, не давая Максу и рта открыть. Ему не терпелось избавиться от вакцины. Во-первых, меньше вопросов и подозрений, а во-вторых, чем быстрее эксперимент начнется, тем лучше.
— Со мной, — кивнул встречающий. — Какие у вас пожелания?
— Вы должны подобрать четыре группы человек, подходящих под параметры, описанные в каждой из коробок, и выдать им по ампуле. В дальнейшем за всеми, кто принял вакцину, необходимо тщательно следить, проводить опросы. Назначьте ответственных людей, которые займутся этим, — строго пояснил Дэвид.
Он привез в ЮАР больше половины всей сыворотки и не хотел потерять ее впустую. Гамма делал скидку на то, что люди третьего мира могут иначе реагировать на понятные цивилизованные ценности. Но по крайней мере он должен выяснить, что после приема не появляются жуткие последствия. Так, например, один из ящиков предназначался только беременным омегам на ранних сроках, чтобы понять, нет ли у сыворотки прямого влияния на генетику. Потом ему придется проводить окончательный анализ самому, в Америке или в Европе, на нормальных людях, отобранных с особой тщательностью. И на дельтовцах, чтобы понять, как на сыворотку реагируют люди с уже поломанной психикой. Что будет, если забрать у маньяка воспоминание о том, почему он стал таким? Изменит ли его это? Перестанет ли он быть жестоким или, наоборот, взвинтится до нового уровня?
— Мы все сделаем, мистер Джонс. Не беспокойтесь, пожалуйста, — пообещал темнокожий. Он щелкнул пальцами, и двое помощников быстренько унесли ящики с препаратом. Макс устало переминался с ноги на ногу у Дэвида за спиной и дергал его за рубашку, призывая подняться уже в номер и немного отдохнуть от здешнего климата и дороги в комфортабельной обстановке.
— И вот еще что, — подумав, решил Дэвид. — Соберите порядка десяти гамм из местных любого возраста и переправьте их в Америку. Я дам телефон человека, который сможет заняться подготовкой необходимых бумаг.
— Но… мистер Джонс, гаммы для нашего народа очень важны и ценны! — заспорил встречающий. — Люди не отдадут их так просто.
— Ваши люди получают постоянную поддержку, — жестко напомнил Дэвид. Ему не нравилось, когда всякие третьесортные замарашки спорили с ним. — Но лишь до тех пор, пока вы слушаетесь и приносите пользу. В противном случае, моя благосклонность будет вами потеряна. Ясно?
— Да, мистер Джонс, — уныло кивнул встречающий, уткнув взгляд в пол.
— Десять аборигенов-гамм завтра вечером должны быть отправлены в Америку, — жестко повторил Дэвид. После этого он взял Макса за руку и повел его к лифтам, чтобы наконец заселиться и передохнуть.
****
Гуран сидел в удобном вельветовом кресле, откинувшись на спинку и прикрыв глаза. У его ног на коленях стоял бета-вьетнамец и с большим усердием массировал ступни, следуя каким-то методикам и выбирая нужные точки. Ничего примечательного в нем не было, ему даже имя не полагалось — все называли бету «косоглазый» или «желтомордый». Бету подарил Литтл, животом поклялся, что этот мусор сумеет расслабить босса, и не солгал.
В дверь постучали, и Гуран решил притвориться глухим. Уж больно приятно начался сегодня день. А все эти неожиданные посетители не предвещали ничего, кроме проблем. Последнее время ему и вовсе не доставало хороших новостей. Он крепче зажмурился, но это не спасло. Стук повторился.
— Войди ты, чтоб тебе провалиться! — раздраженно крикнул он.