На Землю пришла Кровавая жатва. Она погружает в хаос и ужас, целые миры и звездные системы — собирает жизненную силу разумных и животных. Кому-то Жатва напоминает компьютерную игру, да вот только это точно не она, несмотря на наличие уровней, и иных атрибутов. Смерть с учетом исключений окончательна, никакого баланса нет и в помине. Люди и животные стали юнитами Жатвы. Многие из них превращаются в чудовищ из сказок и легенд обитателей мира. По улицам городов бегают подобия оборотней и синекожие зомби, мутирующие в нечто особенно смертоносное. В темноте подвала вас может поджидать кровососущий упырь или стая гигантских плотоядных крыс. Шанс прожить хоть сколь-нибудь долго есть только у тех, кто готов без раздумий взяться за оружие и драться, но при этом способен не забывать об осторожности, ведь один укус может обратить вас из человека в зомби, оборотня, вампира или иную чудовищную тварь. Только такие люди способны превратиться из юнитов в жнецов и возвыситься в новом мире.
Голинск. Почти типичная российская глубинка. Городишко на пятьдесят с небольшим тысяч жителей. Раскинулся он довольно широко, но только из-за обилия частного сектора. Пожалуй, почти половина территории занятой Голинском и есть сплошной частный сектор. Многоквартирных домов в пять этажей много только в центре и в Западном районе, который местный зовут просто Новым или Западным. Здания выше десяти этажей и вовсе можно пересчитать по пальцам одной руки плотника Василия, часто бравшегося за электроинструмент в пьяном виде. В общем, свечек у нас всего три: здание, которое так и зовут Свечкой в центре и Башни близнецы на Западном. В качестве градообразующего предприятия в нашем городе выступал деревообрабатывающий завод. Как и положено вокруг него и крутилась вся жизнь Голинска. Почти половина жителей города либо трудились непосредственно на самом заводе либо каким-то образом была прочно связана с его трудом.
Я, Дмитрий Осипов, относил себя ко второй половине жителей. Так сложилось от того, что я работаю тренером по боксу и веду занятия у детей от девяти до пятнадцати лет. Вроде где бокс, а где деревообработка, но четыре группы занимающихся у меня детей почти поголовно являются детьми заводчан и за занятия мне платят их мамы и папы деньгами, заработанными на заводе. К тому же сам завод оплачивал половину аренды занятого мной помещения. Собственно администрация города предоставляла помещение за полцены в рамках какой-то программы поддержки молодёжи, и так получалось, что из своего кармана непосредственно за помещение я не платил ничего. Оставалось платить только за свет, за тепло, платить налоги и оплачивать еще кое-какие мелкие расходы.
Будь иначе и плату за секцию пришлось бы поднять, если не вдвое, то, как минимум в полтора раза. А так лишь одна тысяча рублей с ребёнка в месяц. Всего порядка шестидесяти ребятишек и соответственно грязными шестьдесят тысяч в качестве месячной оплаты труда. Даже если учесть вычет налогов и текущие расходы, по меркам Голинска выходило совсем неплохо. При этом и плату с ребенка не назвать большой, тем более, если учитывать, что я как тренер, утверждаю без ложной скромности, довольно хорош. Я и как боксер был, в свое время, хорош и далеко бы пошёл, если бы не много раз проклятая мной травма спины. Эта травма, полученная в результате падения с мотоцикла, приковала меня на полгода к койке и навсегда закрыла дорогу в большой спорт. Можно было выступать только там, где нет серьезного медицинского контроля, ну или работать тренером.
Правда тренировать мне нравилось, да и о старой травме я давно почти забыл. В жизни она меня в целом никак не ограничивала. Ну, разве что тяжести мне таскать не рекомендовалось. Точнее нагружать чрезмерными тяжестями позвоночник. В общем, легко понять, отчего я в свои двадцать семь с достаточным оптимизмом смотрел в будущее.
У меня имелся частный дом близко к центру нашего любимого города. Недавно по любви женился на девочке на шесть лет моложе себя. Иногда ездил один или с красавицей женой загород в стрелковый клуб, чтобы пострелять по мишенькам. Сегодня тоже ездил, но без жены. Оленька в отличие от меня работала не после того, как у школьников заканчиваются занятия и поэтому могла кататься со мной только по своим выходным, или вечерами по моим выходным. У меня их получалось аж четыре в неделю: вторник, четверг, суббота и воскресение. Правда, это если не учитывать периодов, когда я катался с ребятами на соревнования. Далеко мы не ездили, но обычно уезжали на два — три дня. Тогда тренировки приходилось каким-то образом перекидывать. Где на следующий день, а где на субботу или воскресенье. Не лучший вариант, но помощников у меня не имелось. Так получилось, что достойной кандидатуры я пока не нашел. Все кто мне подходили не хотели этим заниматься, а кто хотел мне не подходили. Кто-то пил, а кто-то был ленивым бездарем.
Тренировка младшей группы шла как обычно. Я успевал показывать упражнения тем, у кого не получалось и следить за остальными, чтобы не хулиганили и не отлынивали. Следить разом за восемнадцатью мальчишками и двумя девчонками девяти — десятилетнего возраста совсем не просто, но как-то справлялся. Кое-кто уже успел заработать наказания в виде отжиманий с приседаниями и даже исполнил их.
