Всадник с головой полностью

Он может отвечать честно, подробно или не очень, это неважно. По-любасу его рассказ про некого всемогущего мужика с погонами полковника, перенесшего рядового срочной службы в магический мир, где он освоил магию… Да уж, такой рассказ станет основанием для насмешек как минимум, если он не станет упираться и настаивать. А по максимуму такой рассказ тянет на психушку. И паранормальные способности, они в ту же копилку. А потом волшебные таблеточки, отбивающие желание применять магию напрочь.

Упавший сержант уже встал, снова ворвался в помещение и побежал к Витьке, а уже за ним прочие члены группы спасателей и карателей. Виктор понял, что все эти бойцы ему на один зуб. Не то, что малахольные, даже не в магии дело, просто он воин, а эти, эти просто молодежь, не прошедшая через кровь. Так что просто пнул в колено набежавшего сержанта, принял на плечо второго, перекинув его через себя так, чтоб тот воткнулся головой в асфальт. И всё, противник кончился, остальные просто стоят опешившие, смотрят недоуменно. «Счастливчик, ты живой вообще⁈ Эй, дыши давай!» — закричал сержант, с трудом поднимаясь на ноги.

А вот дышать не хотелось. И тяжело было после резких движений, и воздух в ангаре был спертый, не хотелось им дышать после того степного воздуха, которым Вик дышал предыдущий год. Даже глаза открывать не хотелось, тем более что голова прямо раскалывалась от боли — скорее всего, он всё-таки надышался угарным газом. Ну вот разлепил веки, и что? Всё равно же темно, как где-то у кого-то. Где и у кого, никак не получалось вспомнить, голова работать не хотела.

В конце концов получилось проморгаться, присмотреться, вот только понимания это не принесло. Подвал какой-то смрадный? Яма?

— Где я? Что вообще тут творится?

— Ты чего бормочешь? По-нашему говори. — Донесся сзади голос Мигеля, только какой-то хриплый и сдавленный. И слова произносились на каталанском языке.

— Я говорю, где это мы? Что происходит?

— В заднице мы, вот где! То есть в трюме.

— А чего так? На палубе места не хватило? — Соображать категорически не хотелось.

— Почти. Уонд снова головорезов прислал, мало ты их перебил тогда.

— А горцы?

— А горцы все рядом с нами валяются. Их ночью повязали да в трюм кинули, а потом нас ждать взялись. И тут мы все из себя умные и довольные прискакали, бери нас голыми руками.

Да, сейчас Вик подумал, что и в самом деле надо было каким-то паролем озаботиться, чтоб так не попасть. С другой стороны, какой толк от пароля? Их бы просто поубивали сразу, и дело с концом. А так есть шансы подергаться. Но особо подергаться не получалось — Вик был связан. Причем, не как это принято у нормальных цивилизованных людей, а чуть не по всему телу. Идиоты, столько веревки перевели на него одного, прямо не человеком стал, а гусеницей. Эдак полежать еще немного, можно будет в бабочку превратиться, небось. Кстати, да!

— Луна, ты тут⁈

— Тут я, Вик! Мы все тут.

— Вот и хорошо.

— Да чего хорошего-то? — Мигель не разделил оптимизма друга. Ему даже стало немного обидно за жену.

— Сейчас узнаешь. Оборачивайся, Луна!

— Это как? Я же одетая и связанная. У меня не получится, ты сам говорил, что надо раздеваться.

— Раздеваться не обязательно, просто так удобнее, чтоб в одежде не запутаться, не рвать её. А так пофигу, в чем ты.

Прочие находящиеся в трюме слушали разговор молча и ничего не могли понять. Единственное, что до них дошло — это то, что свежепойманные бедолаги не шибко опечалены. Особенно этот, больной на голову. Он или знает, что делать, или мозги ему сильно отбили.