— То-то и оно, что будут валяться, — проворчал бородач, — А казна пустая. Налоги брать не с кого, торговцы вопят, аристократы нищают, крестьяне разорены, разве что воры исправно платят. Посидишь неделю в этой бумажной пыли — и никакую бабу не схочешь. Удружили вы мне с Эн Ди. Он тут недавно появлялся. Тоже весь в делах, один ты у нас знатный барин. Да вот и для тебя время начинается. По донесениям Тасбалю, в Миррор происходит что-то непонятное. Его шпионы пока не дали точной картины, но…
Хлебнул вина. Посмотрел на внимательно слушающего вора.
— Колдовства вроде и нет, но Халрик словно свихнулся. Казнил многих придворных, объявил какую-то ересь государственной религией и вообще наломал дров. Как это Эн Ди сказал: «закрутил гайку». Теперь он собрался переселять крестьян на восток, в безлюдные, считай, леса — на это деньги нужны, а их нет. Поднял налоги — платить не хотят. Выколачивает силой. А у него года не прошло, как по всей, считай, стране гуляли Дикие Рати, половину народа повыбили. Ему бы тихо — мирно крепости да города отстраивать, а он мужиков — в леса! Да он же потом от них ни гроша не получит, просто не найдет! А мужиков не найдет — с кого он деньги возьмет, с попов?
Архиерей помолчал, хрустя печеньем, посыпая крошками бороду. Вор ждал, попивая из своей кружки. Правитель вздохнул:
— И стало оттуда попахивать нехорошо. Большой кровью. Эти… Новой веры, они к старой уж больно того… Сам увидишь.
Опять помолчал, поблескивая зелеными жестокими глазами.
— А что я должен там делать?
— Наше посольство при дворе Боридов утоплено. Наших людей в свите… — Архиерей махнул над столом рукой, — Всех в одну ночь. Хоть войну объявляй этому дураку. Шпионов при дворце нет, что там происходит — неизвестно. Вот тебе и первая задача. Дам грамоты, поедешь послом, но необычным. В одиночку. Ты же вроде как приятель Халрику. Он тебе даже письма писал.
— Попытаюсь поразнюхать, — серьезно сказал вор.
Архиерей кивнул:
— Так. Хоть времена и меняются, но порядки-то те же. Простолюдин послом не бывает. Завтра придется устраивать балаган, жаловать вора дворянством. Какие земли хочешь?
Рик Хаш задумался. Перспектива стать вот так же сидеть в бумагах, судить да рядить его не порадовала. Он припомнил все, что ему могло пригодится. Вскинул глаз:
— Разве горцев?
Архиерей откинулся в кресле, задрав бороду, расхохотался:
— Ох, жулик! Ух, и хитрый же! От них никаких беспокойств с бумагами, все на честном слове, а?
Ухмыльнулся. Подмигнул:
— Быть по сему. Высочайше дарю тебе замок Шангу-Дуум, хотя это — если пристально вглядеться — горская лачуга. Разве, что в этом «замке» семь давно нежилых комнат, хлев и даже своя башня. Правда она почти развалилась. Так что готовься вступить в права горского дворянина, и будешь ты именоваться кавалер Рик Хаш дир Шангу-Дуум, и получишь кучу нервотрепки от разборок своих честных, но бедных и очень обидчивых дворян. Там дворяне почти все, даже те, кто пасут скот. Ты им как раз понравишься, так как у них воровать вовсе не грех. По крайней мере, у чужих. Кстати, это их «Дир», то есть «башня» означает, по нашему, баронство. Отстроишь свою башню заново, барон Шангу-Дуум, так тебя и вовсе зауважают. Золото есть? Как я тебя пожалую в баронство твое, так они у тебя «одалживать» попытаются. Смотри, много не давай — глупцом прослывешь. А дашь мало — скупым, хотя это не страшно. Ну да разберемся.
Герцог Гарай, он же Архиерей пощупал кувшин и налил еще:
— Разрешаю там обмолвиться, что ты со мной хлеб разломил. Это все равно, что братьями назваться. А меня там уважают. Пей, остывает.
— Ошарашил ты меня, — вырвалось у вора, — Может, тоже прикажешь танцам учиться, светскому обхождению и другим выкрутасам?
Архиерей пошарил на пустеющем блюде, выискивая печенье:
— А, чувствую лапу Клинка, то бишь Эн Ди. Да отчего же нет, милый? Мы теперь в верха выходим, нам это надо. Понравишься человеку — он с тобой будет работать, не понравишься — грызться. Дело известное.
— Что я, девка, чтобы нравиться, — начал было вор, но вспомнил о Ди и умолк.
Они помолчали, вор — пытаясь свыкнуться со своим будущим дворянством, отставной бандит — с государственными мыслями, с одинаково озабоченными лицами попивая остывающее вино.
— Слышь, Ар… Тьфу, Гарай! А полностью это как переводится на наш теротеро?
— Радужная чаша в башне на синей горе. Могу и герб заодно утвердить.
— Хмм… — раздумчиво сказал вор, — Что же, бывает и хуже. Но вернемся к оседланным харрашам.
— Чего? — переспросил герцог, ухмыльнулся, — А, ты про поездку! Ну и сказанул же. Ладно, про поездку.
Посерьезнел:
— Поручение номер два. Ты там пробудешь недолго. Дней десять или меньше. За это время тебе надо найти надежных людей во дворце и у этих… Новых попов, одним словом. Сделаешь это — обяжешь. Я слов на ветер никогда не бросал. Но через десять дней Тасбаль должен получить первые донесения от них. Ищи недовольных, обиженных — они легче всего будут работать. Такие есть везде.
Посмотрел прямо в глаза, жестко прибавил:
