— Только в том случае, если это не помешает моему нынешнему делу, — отрезал Рик, поднялся, оставив недопитым вино, — Пойду-ка я домой. Достали меня все эти шахтер-махры. Счастливо оставаться.
— Счастливого возвращения, — сказал законник, провожая юношу до двери, — Помни, всю, до буквы!
— Да идите вы все, — невнятно пробормотал Рик, когда дверь за ним закрылась, — Все. Иду домой и падаю спать. Только бы еще чего не поднес этот день. Блин, лучше бы он вообще не начинался!
Часы на башне пробили девять низких и один более высокий тон. Вор машинально прикинул, что до ужина еще почти целая стража. Встряхнулся, с сарказмом подумал, что брюхо отчего-то не слышит воплей истерзанной души. Оно только и знает, что жрать, жрать, жрать. Более высокие материи его не волнуют, это брюхо. Набить кишки — и все.
«Хрен тебе, — подумал он своему желудку, — Как-никак и ты завтра станешь баронским, значит — благородным. А что делает благородный, если сердце разбито? Известно что. Не ест, не пьет, а страдает. Вот и ты попостишься!»
— Вот так-так, — удивленно сказал себе он, поднимаясь на крыльцо, — Меня подставила девчонка, милей которой на свете для меня не было, а я еще и смеюсь!
Хмыкнул:
— Да, но что еще мне остается? Орать? Вешаться? Резать вены? А толку-то! Помереть все равно поздно. Разве — напиться?
Дверь открыла Ло:
— Чего, гулял, что ли? А я думала — напьешься, как Дэвид.
— Больно надо, — сказал он на ходу, — Завтра пить буду.
— Чего ж завтра, а не сейчас? — спросила Ло, идущая следом. Рик резко остановился, Мартышка с разгону налетела на него:
— Эй, ты чего дергаешься?
— Только не говори, что тебе срочно приспичило мужика.
— Ну, вообще-то это никогда не лишнее, но я не собиралась трахаться сегодня. Просто хотела с тобой посидеть, по-дружески. Все так переживают из-за этой фигни с золотом.
Мартышка помолчала, потом нерешительно призналась:
— Твое дело, сказать или нет, но она и у меня брала золото. И у Адмиральши, и даже у Маленькой Мышки. Мы собрались, втихую прикинули — это еще почти столько же получается. Говорила — сюрприз тебе готовит. Вот он и получился, сюрприз… Эн Ди говорить мы просто побоялись, а то ведь и в самом деле продаст эту дурочку лет на двести в какой бордель… Его и так-то мы с Адмиральшей да еще две девчонки насилу утихомирили. Отправили к Дэвиду в его дворец, они там и напились на пару.
Мартышка вздохнула:
— Вообще Эн Ди очень добрый, но есть у него темы, которые лучше не трогать — озвереет. А потом пьет. Ну а если кто обманул-то, так это вообще… Лучше самому себе голову сразу отрезать и ему отдать, чтобы попинал да угомонился. Да и то — угомонится ли?
— Чего, так и будем тут стоять? — спросил он. Мартышка криво усмехнулась:
— А ты вниз пошел. Пустыня не работает, — сказала она, — Остынь сначала, нечего душу травить.
Рик молча развернулся и стал подниматься по лестнице. Мартышка снова поплелась за ним.
Внезапно он развернулся:
— Слушай, я никого из… наших не знаю так хорошо, как тебя. Я могу попросить тебя об… одной вещи?
— Да хоть о двух!
— Я послезавтра уеду с поручением в Миррор. Ненадолго, — замялся Рик, — Я думаю, что ее кто-то заставил обманывать. Ну не могу и не хочу я верить, что это она сама! Вот, если ей будет совсем худо, это и скажи: мол, прощаю я ее.
— Ладно, — кивнула демонесса, — Сделаю. Не распускай сопли, Рик. Сопливые долго не живут.
— Запомню. Ну, идем? Кто наверху?
— Немного. Адмиральша да Ра-Гри. Может, еще госпожа Тан, но скорее всего она уже ушла.
— В первый раз слышу, — сказал вор. Мартышка рассмеялась:
— Еще не раз услышишь.
В столовой в одиночестве сидела Адмиральша Юри. Ее кошачьи глаза остановились на вошедшем Рике:
— Добрый вечер, Рик Хаш. Ну, как аудиенция?
— Послезавтра еду с поручением в Миррор.
— Неплохое начало, — сказала она и отпила из алмазного бокала что-то светящееся синевой, — А что за поручение, если не секрет?
— Шпионское, — усмехнулся Рик Хаш, — Немного подслушать, немного пронюхать. Официально — еду как временный посол. Дней на десять. Говорят, Халрик подался в новую веру и решил всю Миррор тоже перевоспитать. Старые боги ему стали негожи. Ну и еще — госпожа Гунольда сейчас в опале, а значит у нее есть время подучить меня приятным манерам. Да и вообще. Слишком много внимания сейчас этой стране, а у нового Герцога придворных слишком мало, вот он меня и мобилизует.
— Прекрасно, — улыбнулась она, — Поручения, конечно, опасные?
— Когда мне давали другие?
— Это тебя отвлечет, — кивнула она, — А почему не завтра?
— Ну, Архиерея, то есть герцога, осенила свежая идея дать мне навозную кучу в захолустье, чтобы я мог позвонче именоваться, — стыдливо признался вор, — Вот и будут из меня завтра делать барона.
Юри прикрыла веки и кивнула, отпивая свой светящийся напиток:
— Тоже неплохо. И как же ты будешь теперь именоваться, благородный сэр?
Вор фыркнул:
— Кавалер Рик Хаш дир Шангу-Дуум, барон Недоступных гор. Словом, язык сломаешь, пока выговоришь откуда.
