– Джессика, я бы хотел тебе сказать кое-что, – начал он, видимо, ожидая бурной реакции или чего-то в этом роде. Должно быть, я могла бы догадаться, о чем пойдёт речь, но я не знала, а потому мой лёгкий кивок и заинтересованный вид позволили ему сбавить обороты. – Что ж, я хочу попросить тебя не пить сегодня кофе.
Шутка.
Вот, что первое пришло ко мне в голову. Он явно шутит! Если я не буду пить кофе, это уже не я! Тогда мои истории уже не мои истории. На протяжении многих лет я пила этот божественный напиток в любое время суток, из-за него из-под моего пера выходили лучшие истории в институте, лучшие эссе и теперь новая абсолютно идеальная книга. Именно этот напиток, как бы странно не звучало, помогал мне справляться со стрессом и работать, работать, работать. Я замотала головой в знак протеста. Нет, этому не бывать. С чего он вообще решил, что может просить меня о чем-то?
– Пойми, Шарлотта, – Люк взял мою руку, нежно сжав ее в своей, – это тебе только поможет. Я обещаю, что это всего на один день. Я хочу показать, что можно жить без допинга.
– Люк, но мои истории…
– Это мы обсудим вечером. Подумай сама, – он пожал плечами, – ты сегодня писать не собираешься, а значит, можно и воздержаться, верно?
Я неуверенно кивнула. Странно, но мне вдруг стало понятно, зачем он так делает. Я резко представила себя со стороны и поняла, что на самом деле, как бы эстетично я ни хотела выглядеть, но кофе в таком количестве постепенно убивал мой организм и нервную систему. Вчера меня трясло, сегодня это может повториться. Я кивнула ещё раз, более уверенно, чтобы показать, что я готова на этот шаг. Внутренний голос, который попытался мне что-то сказать по этому поводу, быстро замолк, стоило мне только нажать на нужную кнопку.
Еда вышла изумительной. Люк будто знал, что именно мне понравится. Когда пришло время оплачивать все это, он проявил желание заплатить за нас обоих. Я возражать не стала, ведь это Люк, итак было понятно, что он особого уклада. Джентельмен.
Следующим местом в списке оказалось колесо обозрения. Здесь его называют “London Eye”, что очень даже ему подходит. Я боюсь высоты, безумно боюсь, но я уже достаточно доверяю Люку, чтобы пойти на этот смелый шаг – сесть в маленькую кабинку, которая может в любой момент рухнуть. Однако она не рухнула даже тогда, когда мы оказались на самой вершине. Я громко засмеялась, а парень подхватил мой смех. Мы смеялись не просто так. На самом деле он умудрился вынуть голову из окна, в которую чуть не врезалась птица. Вернуть его смазливую головушку оказалось труднее, она немного застряла, но тоже ненадолго. Наконец, вместе, звонко смеясь и держась друг за друга, мы вышли из маленькой белой кабинки, из окон которой несколько минут назад наблюдали прекрасный Лондон.
– Я клянусь, что это было нелегко! Ты не веришь мне? Ты думаешь, что я сделал это специально, да? – он прищурился, когда мы отошли на несколько метров от колеса обозрения.
– Что «это»? – включив дурочку, я стояла и пыталась сдержать улыбку. Тщетно.
– Застрял в окне. Не самое романтичное начало.
– Зато теперь ты сможешь придумать историю.
– Да что ты? И какую же? «Как Люк Баше высунул голову и не засунул ее обратно»? Брось, звучит так, будто я младенец, который смог родиться в другую сторону, – он усмехнулся сам себе, а я положила руку на его плечо.
– Ты писатель, Люк, так пиши. Придумай все, что хочешь и добавляй
ситуации из жизни.
– Приукрашенные, -добавил он, – черт, а шея-то болит.
– Ничего, я думаю, скоро пройдёт, – коснувшись рукой больного места, я увидела красную полоску, – ты не знаешь, где можно купить воды?
– Знаю и куплю сейчас, подожди меня здесь, пожалуйста. – он уже начал идти в сторону какого-то ларька, когда вдруг обернулся, – и не смей потеряться!
Я теряться и не думала, поэтому просто ещё раз оглядела колесо обозрения и пожалела, что не взяла полароид Амелии. Ей бы очень понравились такие атмосферные фотографии. Находясь в своих мыслях, я не сразу заметила, что прямо за мной столпился народ. Они все что-то кричали, показывали какие-то плакаты, которые я не могла разобрать из-за неожиданности странной ситуации. Я попыталась отойти в сторону, но не успела. Толпа, видимо, резко решившая устроить митинг, загребла меня полностью, мне лишь оставалось пропихиваться и оглядываться. Я искала его – спасителя на белом коне, которого видела вчера. Он бы пришёл ко мне на помощь, если бы мог. Если бы мог. Но Люка здесь не было, как бы часто я не оглядывалась.
Толпа приблизилась слишком близко. Крики людей начали вводить меня в транс, когда я вдруг неожиданно осознала, что прямо сейчас на меня идет целое стадо, которое не собирается останавливаться. Уже готовая потерять равновесие, я прикрываю глаза.
– Вот то, что тебе нужно было для книги? – мысленно ругала я сама себя, – могла бы просто вскрыть вены, это проще, чем быть затоптанной.
