Проведя ещё раз взглядом по кабинету, Майкл обнаружил поодаль от себя незнакомую сумку, которая выглядела глупо и неестественно — красная снаружи, чёрная внутри. Из открытой нараспашку пасти нейлонового зверька красовалась целая гора белоснежных банок и коробок. Очнувшемуся мужчине было неведомо, что это за сумка и откуда она взялась, но ему было всё равно, его просто она позабавила. Не забавляла его только странная подушка, на которой он лежал уже не первую минуту. Она была неестественно тёплой, точно грелка, которой никогда не было под боком, в добавок она пульсировала, словно внутри её работал маленький моторчик; мягкая и упругая, как водяной матрас. Забава от сумки перешла к смущению из-за текущих обстоятельств: он помнил только то, что был внутри пасти огромного монстра, а сейчас, валялся словно турист на отдыхе. Вокруг было слишком тихо, и, он смотрел в пустоту, лежа головой на чём-то очень приятном. Как он здесь оказался? На чём он лежит? Ничего из этого не было ему известно. Только небольшая мысль отгораживала его от попыток что-либо узнать: «таким образом, я лишусь этой маленькой вещицы». Проведение всей оставшейся жизни в этой мягкости казалось более приятным, нежели возвращение в опасный и враждебный мир. Разве он не заслужил того, чтобы отдохнуть на таком приятном ложе? Заслужил! не меньше любого другого из людей. Части прошлого и настоящего начали медленно складываться в полноценную картину, и, в голову пришло самое логическое умозаключение — Майкл умер. После всех своих страданий, он наконец-то оказался в обители спокойствия. Все же живут в физическом мире с мыслью, что когда-то им дано оказаться в самом ласковом и прекрасном месте. Блаженная вечность, которая может длится лишь секунду, и не насладиться, и не устать. Будь на то силы, он бы уже повернулся и уткнулся носом в заветную мягкость, пытаясь, как маленький ребёнок, проникнуть в самую глубь.
Откуда-то сверху раздался странный режущий звук. Сердце замерло. «Что это было? — промелькнуло в голове, — быть может, это был чей-то замах? Или кто-то решил подкрасться ко мне незаметно, пока я отдыхаю». Майкл сразу переходил из одной крайности к другой; он представил себе самые худшие варианты из всех возможных. Если же рядом с ним действительно был противник, значит, он не умер. «Каким я оказался дураком!», — отругал он сам себя. Но в моменты опасности нужно действовать решительно. Даже с ослабленными и затёкшими конечностями, Майкл должен дать такой отпор, за который потом не придётся краснеть. Если же он сейчас не сможет постоять за свою возлюбленную подушку, за этот символ чистоты и спокойствия, то он никогда не будет его достоин.
Майкл резко поднялся на колени, но из-за слабости в мышцах рухнул вбок. У него даже не получилось и пары секунд простоять в вертикальном положении. Ему оставалось только лицом встретить нависшую над ним угрозу, мужественно посмотреть на… Марию, которая просто перелистывала страницы книги. Лицо Майкла было краснее любого сочного помидора. Его сразу смутило и пристыдило три вещи: во-первых, — он ни о чём не догадываясь лежал на коленях девушки, нагло и пошло грезя об их нежности и мягкости; во-вторых, — он глупо заставил себя поверить в то, что рядом с ним оказался противник, когда никаких предпосылок для того не было; в-третьих, — он нелепо рухнул на пол, не в силах выдержать собственный вес; Майкл, встав, просто свалился, словно большое срубленное дерево. Все эти смущающие обстоятельства открасили в красный всё лицо.
Мария обратила на него внимание. Она сначала бросила невинный взгляд, а потом метнула быструю и слегка ехидную улыбку. Если же первое действие было как никак спокойным и достойным сложившейся ситуации, то второе сыграло против упавшего обидную шутку. В глазах Майкла, девушка улыбнулась так, как будто что-то похожее он уже вытворял и раньше. Так бы смотрел король на своего старого шута, который уже никак не мог шутить о чём-то новом и интересном, а выдавливал из господа одну лишь жалость.
— Привет… — тихо произнёс Майкл.
Девушка только улыбнулась в ответ. Теперь её улыбка казалась более дружелюбной и приятной.
— Я рада, что с тобой всё в порядке, — прозвучал голос Марии, когда Майкл пытался подниматься.
Конечно же, он был спокоен из-за того, что находился сейчас в полной безопасности, и ещё более был рад тому, что Мария была рядом. Кружащие вокруг тишина и спокойствие опьяняли своей непорочностью. Майкл с трудом встал на колени и смотрел прямо на девушку. Они молча наблюдали друг за другом, словно изучая и проверяя, всё ли в порядке.