Повторение всех этих действий снова и снова не могло продолжаться вечно. Оно бы продлилось ещё пару дней, максимум, неделю, пока тело старика не ослабнет и иссохнет. Сам старик был готов пойти на такую жертву, — ничего его уже не привлекало и не интересовало, никакая другая идея не выходила на передний план. То, стало его новым смыслом жизни, некой дорогой к благодати и просвещению. Но у судьбы — или бога — были на то другие планы. На третий день общих молитв и подслушиванием за умиротворённой парочки, старик невольно привлёк к себе излишнее внимание. В начале, ему казалось, что он случайно станет свидетелем чего-то великого, так как не раз слышал над собой странный звуки, будто что-то тёрлось о каменную кладку. Старец не поднимал голову, ибо боялся спугнуть то, что обратило на него внимание. Его вера ослепила глаза, предоставив нахлынувшему духовному спокойствию быть главным органом.
Молитвами за спасение и упокой, священник привлёк внимание того самого чудища, что позже пролезет через баррикады внутрь церкви и устроит там настоящий кавардак.
Бывшему садисту не дано было узнать, что с ним стало, что именно проникло внутрь церкви. Продолжая веровать в правильность своих поступков, он лишил себя, пожалуй, самого сильного страха, которые когда-либо смог бы испытать в своей жизни. Он умер в счастье, в свете и любви. Продолжая думать о тех, кому он некогда причинил вред.
Более двадцати месяцев садист и мучитель. Позже, три дня праведник и мученик. А затем… забытый всеми, никем неизвестная и нелюбимая жертва.
5.2 Кара слепа
Когда странное создание с телом змеи и головой быка рухнуло на пол, Мария была не в силах сойти с места. Она одновременно испытывала и страх, и дикое восхищение оттого, что именно после её действий произошло столь великое свержение загадочного монстра. Девушка действовала полностью интуитивно: ей впервые удалось взять в руки такое оружие, но это не помешало безошибочно воспользоваться им.
После выстрела дробовик вылетел из слабой хватки девушки. Он выскочил и скрылся где-то вдали, словно тоже пытался спрятаться от текущего конфликта. Руки Марии беспорядочно тряслись от прошедшей по ним отдаче. Было ощущение, будто девушка в руках сжимала молнию, которая неожиданно выскочила. В первую очередь Марию оцепил шок. Что случилось? Как так вышло? Она осознала только то, что в руке сжимала грозное оружие, которым Майкл пытался уничтожить чудовище, но затем… с неба упал огромный золотистый меч и поверг чудище. Бедняжка даже не могла связать два этих события, соединить их и найти закономерность. Она раньше не замечала прикреплённый к потолку крест, который свисал оттуда чуть ли не с самой постройки здания. Когда она впервые оказалась здесь, то смотрела только в пол; Майкл же почти сразу осмотрел всё вокруг, каждый угол и каждую щель.
Случившееся только сильнее повлияло на то, как Мария начала ощущать окружающий мир. Не пытаясь вспоминать прошлое, — так как и ей самой давалось это с превеликим трудом, — она сильнее начала тянуться к настоящему. Ничто не сглаживает боль вчерашнего дня, как скорые события настоящего. Прочитав достаточно раз найденную ею книгу, она была готова поверить в то, что своими действиями смогла привлечь к себе внимание кого-то свыше… Кого-то настолько могущественного и доброго, что он великодушно послал своё грозное оружие на голову врага, даже не думая забрать его обратно.
Случилось так, что случайно упавший объект стал символом почитания у одной, и счастливой случайностью для другого.
Сколько бы нельзя было смотреть на торчащий из бычьей головы огромный крест, но тушу, в которую он был воткнут нельзя было игнорировать. Она чем-то напоминала небольшой холм, из вершины которой символично торчал тот самый снаряд. Не оспоримо, что многие люди, которые увлечены каким-то единственным процессом или объектом, просто не способы на то, чтобы реагировать на что-то другое. Мария бы и дальше стояла молча перед поверженным созданием, если бы её оцепеневшая от отдачи рука не продолжала ныть и зудеть. Словно прикованная, она не могла двинуться из-за сковывающего чувства благоговения перед спасительным объектом. У неё не было духа заняться чем-то более важным. Как и бывает с людьми, которые испытывают нестерпимый дискомфорт, они не могут собраться с мыслями и уделить всё своё внимание чему-то одному. «Какой прекрасный крест!»; «Как он здесь очутился?»; «Он такой яркий!»; «Почему он упал именно сейчас?»; «Интересно, а он очень тяжёлый?»; «Надеюсь, это страшилище больше не поднимется». Между одной из таких мыслей, которые вертелись вокруг креста и монстра, промелькнуло небольшое имя: «Майкл».