Поднимаясь всё выше и выше над загромождённым металлоломом залом, Майкл увидел всё помещение с высоты. Вся картина от дальних стен, до того места, где он стоял, напоминала дремучий лес: всюду царила темень, только в маленьких участках сквозь дыры в крыше проникало слабое освещение; горы металла походили на непроходимые заросли терновника; где-то можно было наблюдать пустые и очищенные пространства, но они казались частью недостижимого миража. Этот корпус был местом, таящим в себе мириады секретов. Прятал ли он и заброшенные норы или пещерки, или и вовсе в его дебрях кто-то продолжал своё жалкое существование? Быть может, это был вовсе и не лес, а поле окончившейся битвы, заваленное обезображенными трупами. Ничего этот вид не вызывал, кроме страха и тоски. Сколько бы незнакомец не жил здесь, Майклу было бы тяжело прожить и день.
Добравшись до возвышающегося над обломками помещения, Майкл оказался перед проход в кромешную тьму. Только через открывшуюся железную дверь попадало немного света, но его было недостаточно даже для того, чтобы увидеть под своими ногами пол. Подойдя вплотную к комнате, он подумал, что незнакомец ведёт ночной образ жизни, наподобие летучим мышам или сказочным вампирам. Ни Марии, ни Стрелка рядом не оказалось. Они оба растворились в темноте, слепо отдавшись интуиции. Незнакомец ещё мог свободно передвигаться по знакомой территории, Марии же только оставалось довериться своему провожатому. Только один Майкл был брошен. Оставаясь на пороге тьмы, он был окружён со всех сторон. Ему хотелось бежать изо всех сил: впереди разинув пасть, его ждала бездна под именем Неизвестность. Под ним была расположена шаткая лестница, внизу которой острия изуродованного металла только и ожидало своего звёздного часа. Это было возвышение Икара выше допустимой высоты! Майкл ощущал тот самый жар, что сжигал его крылья.
— Да озарит свет дорогу храбрецам! — раздался возглас из бездны.
Сразу же с этими словами, вместо тёмной бездны появилась освещённая комната. Это уже была не враждебная всепоглощающая бездна, это была самое обычное жилое помещение. Настолько обычное, насколько можно сделать гостиную из санузла. Внутри было огромное нагромождение всего подряд: кухонная плита стояла по соседству с растрёпанным диваном; одежда и прочий хлам были скиданы в одну кучу, расположенная рядом с рабочим верстаком; одна лишь электрическая лампа красовалась в центре всего помещения. Бездна, которую так испугался Майкл, никуда не исчезла, она переползла вниз. Теперь она была позади путника и таилась где-то внизу среди железных зарослей.
— Входи, мой верный аргонавт.
Майкл принял приглашение хозяина комнаты и закрыл за собой дверь.
Утварь, которая раньше использовалась в этой смотровой кабине, исчезла, остался только небольшой холодильник, диван и стол со стульями. Нагромождение другой мебели, предметов, инструментов, еды и прочих ресурсов намекало на то, что Стрелок жил здесь достаточно долго, и собирался продолжать этот эксперимент. Майкл присел рядом с Марией, пока незнакомец кружил в отдалённом углу над столом и плитой. Всю эту картину самостоятельно обустроенной комнаты нарушала только очередная железная дверь. Она выглядела более тяжёлой и прочной; у неё отсутствовал какой-либо замок, ручка или видимое отверстие для взаимодействия. Это скорее была выделенная на фоне стены панель, нежели функциональная дверь.
Вошедшие гости окунулись в минуты, способные успокоить любого человека, спасти их от опасности и беды, нависшей над ними. Окружающая обстановка была знакомой, приятной. Это была классическая однокомнатная квартира холостяка. Майкл успокоился сразу, Марии же это не было необходимо — она продолжала быть эталоном спокойствия и беспристрастности. Осмотревшись, Майкл убедился, что окна были занавешены и огорожены от внешнего мира не просто так, — обстановка снаружи и внутри кардинально отличались друг от друга, что позволяло находится в тесной, но уютной комнате без какой-либо тени сомнения или страха перед внешним миром. Из головы даже вылетели мысли, что вся троица сейчас располагалась на высоте в семь метров, над острым и твёрдым металлом.
— Я же обещал вам ужин!
Незнакомец появился неожиданно, как молния. Он подошел к дивану с парочкой гостей, держа в руках поднос с мисками. Поставив всё на пол, он продемонстрировал гостям угощение в виде супа.
Майкл с Марией принялись уплетать поданную им еду. Если же первый чего-то, да и опасался, то Мария — как это уже стало для Майкла привычно — сразу приступила к трапезе без задней мысли. Еда не была похожа на что-то приятное или вкусное: пресная, кислая, пахучая жидкость, словно кипячённые отбросы, но всё же в бульоне плавали самые настоящие овощи и куски мяса. Другого выбора у гостей не оставалось, по нормам приличия — если и был в них какой-то смысл, — они должны были всё съесть.
На протяжении всего приёма пищи, Майкл заметил, как незнакомец тоскливо смотрел на свою тарелку, не притрагиваясь к ней и не снимая своей маски.