Общее смущение и раздражение, а также скрытый страх и неприязнь к чему-то окружающему не было какой-то банальной причиной ревности и зависти. Мария была дорога Майклу, но он бы с радостью предоставил её более подходящему человеку, если бы с ним ей было лучше. Сам незнакомец, был прямым олицетворением наделенного им имени. Даже после непродолжительной беседы с гостями, никому не удалось ничего узнать о новом хозяине этого завода. Он умело уходил от вопросов, разговаривая только на общие, но столь важные в текущее время темы. Даже не говоря и слова о себе, он сильно интересовался исключительно новоприбывшими. Что-то другое таилось совсем близко к Майклу, на расстоянии нескольких метров. Огромное количество заметных странностей, на которые просто не хотят обращать внимание. Незнакомец пристально прятал своё лицо. Даже находясь у себя дома, он оставался полностью скрытным. При уходе к себе в тайную комнату, он не выключил у гостей свет. Откуда он берёт энергию? Ни разу Майкл не заметил, чтобы видел какой-либо провод или шум генератора. К чему такая трата? Электричество сейчас должно быть ценнее, чем когда-либо. К тому же, после того как незнакомец покинул гостей, не было слышно того, что он начал куда-то уходить или что-то делать. После того, как он вошел в дверной проём, был звук только того, как за ним закрылась панель. Ушедший будто просто остановился по ту сторону прохода и принялся чего-то ждать. Майкл снова начал нервничать, не в силах побороть паранойю. Он ожидал, что очередное спокойствие обрушится на его голову и заставит бежать.
Прошло несколько минут, за ними минул десяток, вскоре и час остался позади. Майкл всё сидел и гипнотизировал прочную дверь. Вся эта пластина, и всё её окружение постепенно утопали в наступающей темноте. Организм Майкла уставал: его всё сильнее и сильнее клонило ко сну.
Ночь была тихой. Чрезвычайно тихой. Из-за этой загадочной тишины, сон давался довольно тяжело. Какие бы приятные и сказочные образы мужчина не видел перед собою, он не ощущал пьянящего спокойствия и лёгкости. Даже тихое и монотонное сопение Марии будто исчезло. Исчез весь мир вокруг уснувшего мужчины. Быть может, этот мир так же заснул, как и человек. Не ощущалось то, что вокруг всё продолжает жить в своём бесконечном потоке. Если же мир вокруг испарился вместе с Майклом, умчался в далёкие дали дрёмы и желаний, то может ли этот мир уснуть навек, как иногда бывает и с его обитателями? Что увидит перед собой Майкл, если откроет глаза в мире, который никогда больше не проснётся?
Открыв глаза, он оказался в том же мире, который и оставил. Это была ничем не изменившаяся комната, наполненная одеждой, мебелью, разными инструментами и приборами. Поспал ли он час или два? Быть может, он уснул на долгие дни — ситуация вокруг него никак не изменилась. Он словно оказался в застывшей во времени картине, которую извращённый художник запечатлел на своём проклятом холсте. Ни звуков, ни света с улицы. Даже искусственный свет из лампы в центре комнаты не меняла силу освящения: он застыл во времени, получая сбалансированное питание, без перегрузок и сбоев. Это был гнетущий лимб, в котором время навсегда остановилось, терзая разум заключённого в нём человека.
— Проснулся? — раздался голос из открывшейся двери. Это вышел Стрелок из своего укрытия, он, словно ожидая команды суфлёра, чтобы показаться перед зрителем в нужное время.
— Сколько я спал? — невозмутимо ответил Майкл, пытаясь перебороть ещё более нахлынувшую на него усталость.
— Около шести часов.
«Шесть часов…» — повторил про себя Майкл, предполагая, подразумевались ли часы после того, как незнакомец покинул комнату, или же, когда Майкл действительно уснул. И почему незнакомец так резко появился перед гостем? Неужели он наблюдал за комнатой?
Каким бы не был ответ на эти вопросы, Майкл всё же смог уснуть. Ощутив то, как этот сон иссушил его, он чувствовал постепенно растущую в себе тоску и безразличие.
9.2 Навстречу времени