Во дворце стало слишком много стражи. Смуглый оттенок кожи гвардейцев лишний раз говорил об их происхождении. Аквестинцы были повсюду, они охраняли бальные залы, казармы, покои императора и императрицы, лаборатории, кухню. Дворец был практически захвачен. Мне было больно смотреть на то, что происходило. Ариджит, ведомый своей жаждой власти, слишком близко подпустил к себе Кон де Валя, ослепленный той мыслью, что сохранив ему жизнь при присоединении Аквеста – тот останется на его стороне. Но эта мерзкая крыса оказалась еще более жадной, чем Ариджит. У того хотя бы было законное право наследовать престол после отца, но ввиду семейных размолвок, случилось то, что случилось. Бушар хотел мира с Аквестом, а его сын - власти над их восточными территориями, ресурсами. Аквест имел один из самых больших выходов к морю, а его товары ценились по всему миру: лучшие шелка, керамика. Не стоит забывать о том, что восточные ремесленники строили самые быстрые и надежные корабли. Если юг Бейрана постоянно страдал от засухи и бедности, север представлял собой по большей части горную систему, центральная часть империи снабжала всех продовольствием, а запад был весь испещрен полноводными реками и поставлял в столицу самых умелых мастеров своего дела и являлся одним из самых лучших образовательных центров, то восток долгие годы был отрезан от Империи. Аквест - древняя страна, чтущая традиции. Было наивно полагать, что они склонятся под гнетом захватчиков. Кон де Валь занял свой пост обманом, а, как известно, власть развращает и в какой-то момент, становится просто невозможным желать меньшего. Восток итак был в его руках, но теперь он захотел себе всю Империю.
Скрываться с помощью кольца становилось всё сложнее. Древняя и неизвестная мне магия, казалось, черпает свою силу прямо из тела. И если раньше я этого не замечал, то теперь ощутил в полной мере. Кольцо убивало носителя, стирало его из этого мира. Приходилось прятаться, снимая на время тинктуру с себя и изолируя от кожи. Мои покои все были перевернуты вверх-дном. Но они всё равно не смогли бы там найти что-либо. Я же был генералом Ястребов, как никак. Они сами научили меня быть скрытным и проворным, и теперь эта щедрость будет обращена против них. Я не хранил ничего, что могло бы хоть как-то подставить меня или тех, кому я тайно помогал.
В прачечной я нашел какую-то рубашку и штаны, украл армейские сапоги из предбанника. Я ощущал себя мерзким вором, да и одежда эта ощущалась на коже мешком из под картошки: грубая, колючая, совершенно не сидела по фигуре, а обувь воняла так, что хотелось скормить её владельцу. Мелкое воровство в армии - обычное дело. Кому-то доставалось больше, кому-то меньше. Разбираться никто не будет, а отсутствие бдительности, еще и выговор получишь. Я был более, чем уверен, что меня ищут не во дворце, уверенные в том, что я сразу же сбежал. Но прежде, чем действительно выйти за стены Тизиона – я должен узнать всё, что смогу об этом странно наследнике, а затем найти Артура в Приморье и постараться собрать союзников вне дворца. За столько лет службы, мы не раз пресекали попытки навредить короне, кто-то да не захочет видеть советника Императором. Церея еще жива, и её нельзя списывать со счетов. Она не может наследовать трон, но и её мужу ничто не помешало занять свой пост наплевав на все писаные законы.
Погрузившись в свои мысли, я отдыхал, спрятавшись в одной из кладовок, недалеко от кабинета Цереи в научном крыле. Я прятался на видном месте, и только это и спасало. Старался как можно тише жевать сушеное мясо, украденное с кухни, запивая молоком. Война войной, а обед – по расписанию. За дверью послышались шаги мужчины и женщины: звон каблуков и приглушенный топот.
— Не думал, что ты всё-таки согласишься на мой план. Это было просто великолепно. Я сдерживался изо всех сил, чтобы не рассмеяться прямо там.
Мясо встало поперек горла, когда воздух разрезал мерзкий скрипучий голос советника Кона. Я весь обратился в слух и чуть приоткрыл дверь для наблюдения. Первый советник прижимал к двери кабинета какую-то девушку. Из-за его спины мне было её не разглядеть.
— Ты сыграла великолепно. Так отчаянно кричала и плакала, что я почти поверил, что ты действительно в ужасе, – голос советника дрожал от возбуждения.
— Уберите от меня свои руки, Кон.
“Этот голос… Неужели…” – меня словно ударили по голове молотком. Строгий, наполненный отвращением и такой знакомый голос. Девушка оттолкнула советника и перед моими глазами, во всей своей красе, предстала Церея. Я до боли сжал челюсть, на шее от напряжения выступили вены, кольцо отреагировало и обожгло грудь. Я стал носить его на шее.
— Что тебе от меня надо? – Церея пыталась вырваться, но сотник не ослаблял хватку.
— Почему строишь из себя недотрогу? Ты же знала, какие чувства я к тебе испытываю и всё время то подпускала, то отдалялась. Играла как кошка с мышкой. И я поддерживал эту игру, раз она тебе так нравилась.
— Вы переходите все границы, советник. Я никогда не давала вам ни малейшего намека.
