Я разделил вторую часть волос на пряди и начал причесывать Офелию гребнем: начал с концов, затем прошелся по середине, и закончил корнями. Так я прядь за прядью приводил в порядок голову Офелии и свою тоже, продолжая рассказ о Дане.
— Званый ужин закончился, а казна, естественно, осталась на месте. Фриц был в ярости, рвал и метал. Об этом мне сообщила Дана. Она не понимала такого поведения всегда милого с ней отца, он отослал всех слуг искать своего старшего сына – Томаса. Я особо не разбирался, кто скрывался под маской “разбойников”, но его смерть меня не сильно волновала, а вот Дану это практически убило, как и её отца. Спустя сутки, тело Томаса прибило к берегу течением и его обнаружили рыбаки. Вроде бы история должна на этом закончится, ведь наше путешествие подошло к концу и пора было возвращаться в Тизион. Дана закрылась в себе после смерти брата и вот также, как и ты, постоянно смотрела в стену пустыми глазами. Я покинул западные земли, искренне желая, чтобы это происшествие было самым худшим событием в её жизни. Вернулся в столицу, отчитался, отправился на другое задание, но спустя месяц узнал, что Фрица и Дану прилюдно казнили прямо на городской площади. Этот ублюдок Дарнелл, тот, с которым я тогда дрался в переулке, если помнишь, принес мне фотографию с казни. Меня словно окатили расплавленным металлом в тот момент и я весь горел изнутри и снаружи.
Рука замерла в воздухе, в горле пересохло. Я смотрел на затылок Офелии и радовался, что не вижу её лица, ведь иначе я не смог бы рассказать эту историю до конца и произнести последние слова.
— Это я её убил… Я мог сначала разобраться, кто передо мной. Мог отпустить Томаса, припугнуть. Но я сделал то, что было проще всего. Их убили в назидание тем, кто мог бы также решиться пойти против закона и короны. Бессмысленная и такая позорная смерть.
По моим щекам текли слезы, но я уперто делал вид, что не замечаю этого. Каждое слово давалось мне с трудом. Смерть Даны стала для меня поворотным событием, после которого я больше не мог думать ни о чем другом. Она показала мне последствия, о которых я раньше даже не задумывался. Каждое новое задание давалось всё тяжелее и моё сердце каждый раз разрывалось на куски между долгом и совестью.
Я принялся плести из волос Офелии косы, похожие своим видом на колосок пшеницы, пальцы не слушались, пряди постоянно выпадали.
— Я сбежал. Хотел выбить из себя всю дурь. Может, даже надеялся умереть где-то по-тихому, но спасибо моему дорогому другу, жизнь продолжилась, но с тех пор я не пролил ни капли чужой крови. Но я больше ничего не умею, я могу только забирать и мне нечего предложить взамен… А потом появилась ты! Так похожая на нее, из плоти и крови, живая и что-то снова во мне надломилось.
Холодная рука Офелии коснулась моей. Меня слегка ударило током.
— Это… очень грустная история, Артур.
— Ты пришла в себя!
Я выпустил из рук волосы и развернул девушку к себе лицом. В глазах стояли слезы, зеленые глаза с желтым пятном на радужке больше не казались пустыми, губы дрожали. Я не сдержался и крепко обнял Офелию. Как будто это была Дана, как будто я все-таки её спас.
— Ты меня так задушишь, Артур.
— Прости.
Я отстранился, понимая, что мои действия странные и нелогичные. И мы совсем не в тех отношениях и даже не знаем друг о друге ровным счетом ничего. Офелия смутилась и её щеки окрасились в легкий румянец. Девушка подошла к зеркалу, утерла слезы и осмотрела себя.
— Красивые косы. Не думала, что ты еще и цирюльник. Мне вообще трудно справляться с волосами.
— Это видно.
— Эй! — Офелия обиженно надула губы. Я рассмеялся, глядя на её выражение лица. — Довольно сложно ухаживать за волосами, когда живешь в заброшенном здании и когда у тебя нет денег!
— А своей силой ты не можешь их усмирить?
Офелия опустила взгляд.
— Я меняю только цвет, потому что боюсь, что не смогу вернуть всё назад. Мне… нравятся мои волосы и такими.
— Это самое главное. Принимать себя таким, какой ты есть.
— Если бы это было так просто… Не мог бы ты выйти, мне надо переодеться?
— Конечно.
Встав с кровати, я двинулся в сторону двери. На полушаге обернулся.
— Офелия, прошу, не пытайся сбежать снова. Эти люди опасны. Пока ты ведешь себя примерно, не думаю, что может что-то произойти. Они лишь хотят убедиться, что ты не представляешь угрозы.
Офелия одобрительно качнула головой. Я кивнул в ответ и продолжил путь к выходу. Дверь открылась раньше, чем я приблизился. Проход мне преграждала Анна с очень грозным выражением лица.
— Какая прелесть. Следишь за своей новой подружкой?
— И ты туда же? — я закатил глаза и вышел в коридор, чуть коснувшись плеча Анны.
— Одевайся скорее. Есть дела поважнее, чем пустая болтовня с мужчинами.
Я хотел было уже заткнуть эту наглую блондинку, но та с силой захлопнула дверь прямо перед моим носом, не дав вымолвить и слова.
Себастьян
