Пододвинув к себе шкатулку, я открыл её. Там был тот самый кинжал. Мне даже сначала показалось, что на нём остались следы моей крови… но наваждение быстро прошло. Просто разыгралось воображение. Она не может быть на этом кинжале, времени-то сколько прошло, да и в пламени он был. Или может? А ну-ка, что там мне скажут боги?
— Вот оно, — с неописуемым восторгом прошептал я. — Вот оно!
— Что, можешь? — как сокол когтями, впился в меня глазами Митрокл. — Скажи, что можешь.
— Могу, — кивнул я. — Но… даже боги говорят, что они выбрали следующего кандидата. А это она, — посмотрел я на свою подругу детства. — А идти против воли богов… никто не имеет права. Так соткали Мойры…
— Так сделай то, что они требуют, — пробормотал себе под нос царь, давая понять, что он всё ещё с нами, слушает, вникает, но в то же время внимательно читает очередной доклад, вкрадчиво и с раздумьями.
Я развернулся к Нике. В её глазах опять начал играть страх. Мне не хотелось делать то, что требуется… но я был обязан. Мир требовал этого. Боги требовали этого. Да чёрт, она сама знает, что станет только сильнее, она видит, как изменился я. Но всё же… страшно.
— Будет больно, — честно сказал я. — По крайней мере мне было невероятно больно, когда со мной такое произошло.
— Стой… — поднял взгляд царь. — Ты же говорил, что смог поглотить камень ещё до того, как тебя пронзили кинжалом. Как ты тогда стал видеть всё… это?
— Не знаю, — пожал я плечами. — Может, всё дело в том взрыве, который уничтожил мой дом? Может, я тогда стал таким, какой есть сейчас? А кинжалом меня ранили только для того, чтобы преобразить тело до конца, ибо душа вернулась в старое, слабое, неспособное развиваться? Ну и чтобы обагрить его моей кровью.
— Допустим, — только ответил на это Александр, после чего снова зарылся в своих докладах.
— Готова? — на всякий случай уточнил я, уперев кинжал себе острием в палец, покрутив немного, из-за чего сам себя ранил… но тут же залечил.
— Н-нет, — мотнула она головой, а потом улыбнулась и, словно признав какую-то вину, произнесла: — Но у меня нет выбора, да? За меня всё уже решили?
— Боги сделали свой выбор, — кивнул я. — Слушай… где бы ты ни проснулась, иди сразу же в разрушенный храм. Не бойся, твоя одежда будет на тебе, по крайней мере я, когда пришёл в себя на берегу, был в ней.
— Вот почему-то сейчас я чувствую себя более уверенной, –улыбнулась она неуверенно, но всё же закончила говорить твёрдо. — Бей. Только сразу в сердце… не хочу мучиться.
И я ударил, применив способность. Удар моментально оборвал её жизнь, она даже не успела вскрикнуть… и я увидел вспышку, увидел, как золотистый и окрылённый дух вырвался из её тела и устремился куда-то в сторону побережья, по крайней мере юг находился там, куда полетел дух.
— На берег! — приказал я находящимся тут людям, на что они переглянулись и засмеялись.
— Только оперился, а уже приказывает, — с улыбкой проговорил царь. — Вот он, настоящий воин, не боится командовать даже теми, кто старше его по всем параметрам. Ибо знает, что сейчас время для этого.
— На берег так на берег, — согласился с отцом Митрокл. — А после этого, надеюсь, отправимся спать.
На пляже под храмом мы оказались примерно через пятнадцать минут. На этот раз царь решил не гулять пешочком, а приказал привести ему четырех оседланных коней. Оказались они возле дверей Дома Совета сразу же, как только мы все вышли. Как только мы оказались в сёдлах, мне тут же всучили в руки поводья от четвёртого скакуна, который предназначался для Ники. Я лишь глупо усмехнулся. Высокородный, который выступает в роли прислуги… то чувство, когда ты летаешь достаточно высоко, но выше есть ещё Небо.
