Как приятно это всё слышать! Интернет-избранник на пленэре проявил себя даже лучше, чем в городе. Более определенный, координированный, а в рыбалке – мастак. И детей это сразу покорило. Вот какая наша мама! Какого руководителя нам нашла по озеру. Время прошло приятно и незаметно. Детское время! А всю дорогу обратно созванивались с бабушкой, и та ссорилась с нами по мобильнику:
– Да что вы такое говорите! Я на порог вас не пущу, так и знайте! Что вы такое выдумали?
Утром, за три дня до окончания поездки, мы встали, вышли из палатки на поляну к потухшему кострищу и увидели, что туда же приковыляла цапля и что-то клювом разгребает себе на пропитание. Всех удивило то, что она не подняла крылья и не улетела с шумом в сторону озера, а как-то прыгала боком от кострища, размахивая одним крылом. Петя на амплуа охотника, сказал, что у нее перебито крыло, и она обречена, ей не выжить с одним крылом. Тогда дети закричали: «Как же так, мама! Давай мы ей поможем!»
Я начала думать. Вот если додержать её до следующей весны в нашей ванне? А бабушка по телефону дерзила: «В нашей ванне нет места для цапли!»
А вот если во дворец пионеров к сестренке Кате цаплю определить? Наверно, хорошо будет, дети обрадуются.
Бабушка по телефону кричала: «Во дворце и слышать не хотят. Консультант говорит, что цапля может ребенка в глаз клюнуть».
Что же тогда делать? Вот черт! Надо еще что-то придумать. Решение пришло в поезде. Нам повезло. С нами в купе был бизнесмен, у которого была дача на озере, и он согласился взять туда цаплю. Всё равно я ловлю рыбу, а потом выбрасываю её. А то птица будет есть.
– Ну доченька, ну умничка, как хорошо ты придумала! Не привозите, отдайте ему!
Правда перед этим Пете пришлось еще разыграть комедию, что он гуся живого купил в Саратове и везет в Москву. Но ничего справился. Проводничка не заметила подвоха. Дети бантик цапле на шею подвязали для пущей картинности. Сошло.
Осенью на даче ничего Петю не восхитило, как обычно восхищало других мужчин, дорвавшихся до интересной женщины. Не обещал сделать кучу дел. Всё скромно. Да, запущено, делать надо, но со временем. И я поняла – на даче из него много не вытянешь. А в городе даже заколебалась. «Одного ученика возьму, не больше». – «Почему?» – «Не спрашивай».
А пьет-то со мной, не отказывается, на равных, и естественно, на мои! А когда я услышала, что и эти крохи он собирается на родину оправлять – «у Печоры, у реки, где живут оленеводы» – кто сострил, уж не помню, и эти крохи – семье, матери, раз у них отец из жизни ушел, – хотела вспылить, хотела нагрубить, выгнать вон. А я-то за что так пашу? По ночам, не считаясь с усталостью? Вынь да положь к такому числу. Но потом с меня сошло: одна еще наживусь. И второе: секс – не тетка. Сухой изможденной праведницей скорее всех буду отпугивать, чем вызывать сочувствие. Церковные скверики с лавочками – не для меня. Ну и выпить опять-таки, по-простому, на праздник или без праздника одной тоже не дело. Сама одиноких невротичек терпеть не могу и таковой быть не хочу. Тут, правда, еще его люди приезжали, просили комнатные карнизы возить. Может, что ему и подсказали. Фотоаппаратуру таскать за мной на симпозиумах да вот эти карнизы – крохи, конечно, но что же делать? С чего-то надо начинать вновь? Их карнизы, моя машина, вместе таскаем. Тогда несколько дней даже не ночевал дома в знак ориентировочного расставания. Пришлось вечером его возвращать, хотя утром что-то такое себе позволила – «Ну тогда и… пошел, мол,…».
Итак, В сухом остатке: постель, бэбиситтерство, карнизы, совместные выпивки. Да. Еще его тундра с оленями и моя фотосессия там. Уже была разок и видела его семью. Мать, сестер, братьев. Но главное, конечно, для фотокорра – тундра. Своя устойчивая экосистема – это восхитительно. Это тебе не пустыня с жаром и мороком видений. И не лес с угрюмой хвоей, стоящей стеной. Это две свободные плоскости. Органика мхов внизу и движение облаков вверху. А еще – величественный герой этих мест – олень. Стадо оленей, его пастухи – не влюбиться в него фотокорру невозможно.
Пока живем. Но ребенок нужен. В тридцать девять лет я это уже четко понимаю. Молодой мужчина со временем уйдет, если не будет ребенка. Страшно в таком возрасте рожать, но что же делать? Придется на это решиться. Я не хочу больше перекладных. Я хочу в мужчинах остановиться, если это возможно. Так значит связь – через роддом, я надеюсь.
Сначала мама хотела освободить холодильник от большой рыбы под петину оленину, и сказала бабушке, что дает большую рыбу дедушке в деревню. Потом рыба как-то разошлась сама собой или куда-то делась, но мама, помня, что обещала её, послала вдогонку двух карасей.
А вечером третьего дня пришло от дедушки ответное письмо. Мама села и, крикнув нам «хватит орать, дайте сосредоточиться, письмо прочитать», села его читать.
Мы, как всегда, немножко бесились с Валечкой, а Вася, тринадцатилетний подросток, сидел за шкафом, зажав уши, и читал учебник.