– А потом мы опять встретились. Это уже было через два года, и она уже вышла замуж. Но не за меня, и не за физика. Я ей говорю: «Ты что же? Я же тебя люблю. Как ты могла? Ну хотя бы, говорю, за физика вышла. Я тебя люблю, и он любил тебя. За что же мы оба страдали?»
– Не знаю, – ответила она, – как-то мне всё сразу безразлично стало, и я не знала, что делать. А тут ослепительный молодой человек попался, катал меня на своем автомобиле и вскружил мне, наивной, голову. Наверно, это было видно сразу, что он просто играет со мной, но я была неопытна. И кончилось всё двумя детьми и разводом. А теперь, когда я тебя встретила, мне кажется, мои прежние чувства к тебе проснулись. Но ведь это же смешно – взрослой женщине с двумя детьми такое чувствовать?
– Но я всегда тебя любил, и ты можешь на меня положиться, – сказал я ей. – Неважно, сколько времени прошло. Главное, что мы опять вместе.
– О, нет-нет, я испытываю к тебе чувства, но вовсе не хочу, чтобы ты себя обязывал.
– А почему? – спросил я её.
– Знаешь, – ответила она, – любовь к мужчине – это хорошо, но у меня двое мальчишек, и я их люблю. И возможно, думаю я, это помешает мне любить мужчину. Да и ты, раз у тебя дочь, а… две дочери, неважно, что ты не живешь в семье, думаю, ты меня поймешь. Не каждая женщина тебе подойдет, если у тебя две дочери. А уж полюбить такого мужчину – еще сложнее. Поэтому я предлагаю незатейливые велосипедные прогулки. А там видно будет.
Да, меня ошарашило, что у взрослых всё бурно. То любит – то вышла замуж. А у меня – ничего?! Я тоже бурно жить хочу, а до Болгарии 365 дней. Но я всё равно дождусь этих дней.
А потом папа нашел сенсея, потому что он уже давно не жил с мамой, а если взрослые не живут друг с другом, то им некуда выбрасывать свою партнерскую энергию. И долгое время папа не знал, куда её выбрасывать, только работал на телевидении. А потом ему сказали: приходишь в спортзал и тебе бьют морду, ты сопротивляешься и бьешь морду другому. А сенсей следит, чтобы не было увечий с обеих сторон. А потом в раздевалке всем хорошо– хорошо.
И мне до Болгарии осталось 350 дней. Но я всё равно дождусь своего моря и ни в какую деревню к дедушке не поеду. Только в Северные Дегуны. Но и девушка эта растворилась, и больше мы в Ботанический сад не ездили.
– Да, – забыла сказать, – через год я посмотрю на эту дату.
– Обязательно, – сказал папа.
Лето наше подмосковное – как сглазили. Говорили же – модной скандинавской ходьбой заниматься не надо, а то накликаете скандинавское лето. И точно. Оно приперло: холод, тучи поперек солнца и дождь. А радио талдычит, что айсберг растаял в Антарктиде и потому холод.
А мне-то то! Я в Болгарии! Учусь плавать под водой, нырять с маской. Меня Черное море защищает от скандинавского июля в Москве. Но папе, который привез меня сюда, сложно. Для него две бабушки – большая нагрузка, и через неделю он уже немножко не в себе. И никакая болгарка к нему не подплывает – по городу пронеслась молва, что все девушки побежали встречать корабли военно-морского флота США, проходившие с дружеским визитом после сирийского конфликта под Дамаском с нашим ограниченным контингентом.
И конечно, Тани с Уралвагонзавода здесь нет. Это была последняя папина проба уговорить женщину жить с ним без статуса и без общего ребенка.
А моя мама – простой функционер в его жизни.
– Когда алименты пришлешь? Хорошо, раз берешь её в Болгарию, за июль можешь не отсылать и часть в счет билетов на самолет возьми из августовских.
Папу и меня две бабушки-старушки-старушенции своими замечаниями на набережной вусмерить замучили. Будто нет для этого прохожих. Ну вылейте свои ушаты на них! При чем тут мы с папой? Нет, почему-то всё на нас! И купаешься ты, Люся, совсем не так, и папа за тобой смотрит спустя рукава. А это всё-таки иностранное государство – тут всяко может быть! Держите ухо востро! Что ж, что они были соцгосударством, дружественным нам когда-то и нашему солдату Алеше приносили цветы к памятнику?! Теперь они отвернулись от нас и даже (говорят) гордо отказались от нашего строительства атомной электростанции и ветки нефтепровода «Южный поток». В таких условиях надо бдить за ребенком!
И это наша Варвара Николаевна и Марина Викторовна?! Нет, конечно, приятно, что они пришлепали с нами к теплой морской волне, на которой, как говорят тутошние экскурсоводы, если не врут, конечно, приплыла Афродита. Но и неприятно одновременно, потому что не надо в таких дозах замечания давать, дарить и даже (пардон!) навязывать. И вообще – отдых – это не детсад, где нотации на каждом шагу.
Папа злой, напряженный, и мне его жаль (показываю язык читателю!).
А нырять хорошо! Я не умею еще нырять, но меня это вдохновляет. А папа говорит, что я из-за нырянья разбила лицо. А я не верю, что водой можно разбить лицо.
– Видишь, оно у тебя всё красное. Значит, ты лицо разбила.