И вдруг на пляже я чуть не споткнулась об одного юношу, который – увы! – был не того роста, как в моих мечтах, и не того возраста. И вообще был, видимо, из какой-то северной страны. Ну что такое белая кожа в Болгарии? Значит, приехал недавно. И я сказала по-русски, довольно недружелюбно:
– Извините.
– А он ответил мне по-немецки:
– Ходят тут всякие! Мешают готовиться к поступлению в Гейдельбергский университет! – и повернулся рассерженно на другой бок ранее, чем я пролепетала по-английски свое «извините»(у нас же в школе английский) и пошла дальше.
И он больше не привязывался. И кажется, в самый раз. В это время на пляже водили маленького слоненка, и все срочно приходили в восторг и забывали про свои дела. И я тоже. Его вел наряженный турком болгарин, что добавляло колорита ситуации. Все толкали ему под хобот (ему же под хобот надо толкать!) яблоки и хлеб. Он ел, не отказывался. Все были в восторге, и в воздухе стояла праздничная атмосфера пришедшего на пляж цирка. И это было так здорово, что вместе с другими зеваками, в основном подростками, я ушла довольно далеко от центральных ворот пляжа. И вдруг, будто кто толкнул меня и заставил посмотреть. Я увидела бронзового старшего подростка атлетического сложения, который в ту минуту встал и впечатляюще прошел к вышке. Забрался на нее и эффектно прыгнул вниз.
Сердце мое замерло. А те, кто оказался поблизости, даже вскрикнули. Очень уж высокая был вышка. Лететь оттуда было, наверное, очень страшно. А он не дрогнул. Ровно, как дельфин, без единого всплеска вошел в воду, а вынырнув, красиво проплыл и вернулся на свое место на берегу.
Я, вспыхнувшая чувствами, безотчетно побежала к нему и наивно спросила, чуть не плача:
– А вам не страшно было? Вы не ушиблись?
Он с улыбкой сказал:
– Nou! Нет! Я не ударился, потому что малейший промах – это смерть. А я долго и упорно учился без малейших отклонений входить в воду. Строго вертикально.
– Для чего же вы это делаете? – спросила я.
– А это моя работа. Я это делаю для привлечения туристов к пляжу, где стоят игровые автоматы и продуктовые ларьки.
Дирекции нужно, чтобы время от времени туристы испытывали драйв.
– А можно я с вами познакомлюсь? Я, знаете, рисковых мужчин люблю. Они такие красавцы, такие характерные в кино. Мне только надо сбегать к себе и пообедать с двумя бабушками, а то они искать будут. А потом я опять к вам прибегу. Можно? Как-нибудь уговорю их и прибегу.
– Ну вы же знаете, болгары туристу никогда не скажут «нет» на все их прихоти. Конечно, можно.
Не помню, как я прибежала, что я говорила бабушкам, подо что подписывалась, но, поев, я пулей выскочила на пляж рядом с нашим домом и побежала к новому знакомому земли болгарской. И мы с ним после его смены на прыжковой вышке погуляли по парку, что недалеко от пляжа.
Он сказал:
– У меня много знакомых из Европы и из Союза. Но такую храбрую разбойницу я еще не видел. Смесь робости с вызовом. Но тебе рано мечтать о любви, а мне нужно учиться. Поступать и учиться.
– А где? – спросила я.
– Только в Америке. В Массачусетском университете. На факультете искусственного интеллекта.
– А где это?
– Правду сказать, я и сам не знаю, где он находится.
– Роботов собирать? – догадалась я.
– Да, почти что так. И вот, когда я выучусь, а ты подрастешь, мы тут же, на этом же месте на пляже встретимся и я сделаю тебе предложение. А пока у нас есть возможность переписываться, потому что в болгарской семье не принято делать предложения несовершеннолетним. Это раз. А второе: не принято делать предложение, не выучившись и не заняв достойное место с устойчивой зарплатой. Ты согласна на переписку? Болгарин никогда не обманет туриста. Это ты должна знать.
– Да, согласна.
– Ну тогда обменяемся адресами и беги, а то, наверное, бабушки опять тебя будут искать.
Обратно в самолете по радио обсуждали маневры на Черном море. Все члены НАТО на своих судах. Наши даже выстрелили один раз в них. Так, попугать. А они всем НАТОм приехали на маневры упреждать наше вмешательство в дела Украины.
Я всё равно не понимаю, а бабушки омрачились. Младшая говорит:
– Чегой-то они в нашем Черном море орудуют? Кто их сюда звал?
А старшая:
– Знать заслужили. У нас же всегда так: нам говорят, что всё хорошо, а потом выясняется, что нами все недовольны.
Олег – субтильный городской мальчик из Тёплого стана, с серьезным образованием и маленькой детской комнатой при маме и папе в трехкомнатной квартире – втайне очень хотел познакомиться с юной девушкой. Но, если честно, предпочел бы первую половину знакомства опустить. Или отломить, или отрезать. Ну, чтоб её не было. Чтоб не видеть девичьих вспыхов и не знать, как на это реагировать. А вот если бы он подошел, а она бы уже всё поняла, взяла бы его под белы ручки и пошла бы с ним танцевать.