- Не могу. Ты мой муж, - словно извиняясь, ответил альфа.
В его голосе не было никакого нажима или нахальной уверенности. Только безграничная осторожность. Он словно ожидал, что омега вот-вот сорвется. Закричит, закатит истерику, созовет весь замок. Но парень его удивлял с каждой минутой все сильнее. Он выглядел абсолютно спокойным. Голос был холодным как лед. Только глаза выдавали подлинное состояние.
- Я никуда с тобой не пойду, - с нажимом сказал Эдмунд, невольно напрягаясь всем телом.
- Я не прошу этого.
- В таком случае, я не понимаю, что ты здесь делаешь.
- Я же сказал, что хотел тебя увидеть.
- А я ответил, что теперь можешь уходить. Мы идем по кругу.
- Да.
Они замолчали. Эдмунд ждал от мужчины каких-то действий, но их не было. Он не пытался подойти ближе, прикоснуться. Или поцеловать. Просто смотрел, и от этого взгляда как всегда становилось не по себе. Эдмунд видел по глазам Чезаре, что тот отмечает каждую его черточку у себя в голове, пытается найти отличия с тем образом, который остался у него год назад.
- Ты изменился, - чуть качнул головой мужчина, садясь в кресло. - Почему остриг волосы?
- Тебя это не касается, - припечатал омега.
Чезаре лишь пожал плечами.
- Может, сядешь?
- Нет.
Снова повисло молчание. Эдмунд не спускал взгляда с альфы, все еще ожидая подвоха, хотя не совсем представлял, в чем он может заключаться. Чезаре просто сидел и смотрел на него в упор, почти не мигая.
- Как долго ты пробудешь здесь? - осведомился Эдмунд.
- Столько, сколько понадобится для дела.
- Сколько?
- Покину поместье сегодня, но вернусь через день с заказом.
- И все?
- Посмотрим, - мягко проговорил альфа, внимательно следя за реакцией мужа. Тот и глазом не моргнул в ответ. Поразительный омега, однако.
- Тебе еще не пора? Кажется, Эйдан все уже выбрал.
- Возможно, - мужчина поднялся с кресла, сделал полшага в сторону омеги. Тот на секунду задержал дыхание, но заставил себя оставаться на месте. Нельзя показывать своего состояния. Нельзя.
Чезаре не стал подходить ближе. Слегка кивнул на прощание, затем вышел в коридор. Эдмунд услышал, как Эйдан спрашивает мужчину, как прошла встреча с художником. Тот ответил, что он очарован и надеется на скорейшую встречу.
Скорейшую встречу.
Эдмунд схватился за голову, пятерней зарываясь в волосы, больно дергая их назад. Кровь прилила к голове, застучала в висках, в затылке сразу закололо. Омега неровно, рвано дышал, внутри все дрожало от пережитого шока и стресса. Парень прочистил горло, заставил себя несколько раз глубоко вздохнуть, чтобы сделать накатившую панику менее заметной. Потому что слышал, как поворачивается ручка двери.
- И как он тебе? - поинтересовался Эйдан, входя в гостиную. - По-моему, довольно дельный.
- Ничего так, - нейтрально отозвался омега. Чуть улыбнулся, молясь, чтобы лицо не исказилось от искусственной мертвой гримасы.
- А что насчет картин?
- Я обещал подумать, - пожал плечами Эдмунд. В висках по-прежнему стучало, и это мешало думать. Вернее, врать. Омега потер вспотевшую шею. Этот жест не укрылся от Эйдана.
- Тебе нехорошо? - с беспокойством спросил он.
- Голова заболела. Сейчас отвар надо бы выпить.
- Так выпей. И приляг. Я скажу, чтоб тебя до ужина никто не беспокоил, - произнес омега, открывая перед другом дверь. Эдмунд медленно прошел по коридору, поднялся к себе.
Как только за ним закрылась дверь, вся выдержка лопнула как мыльный пузырь. Омегу буквально затрясло, стало холодно, дыхание вновь превратилось в рваный свист, вырывающийся сквозь сжатые до боли зубы. Иначе они стучали. Эдмунд с трудом дошел до кровати и буквально упал поперек нее, укрылся краем покрывала.
Только не это, только не сейчас. Боги, ну почему снова? Чем он это заслужил? Вы же любите сильных, любите отважных. Теперь он сильный, так зачем же вновь его испытывать? Сколько раз нужно его проверять, прежде чем сломать и покарать за слабость духа?
Или уже покарали?
Эдмунд застонал в покрывало. Конечно, можно было прямо сейчас пойти к Нику и все рассказать. Но что это даст? Прошлое разрушит настоящее, жизнь всей семьи пойдет по другой дороге. И ничего нельзя будет сделать. А самое главное, что старания Ника окажутся бесполезны. Полгода он пытался выяснить, можно ли освободить одного супруга от брака без согласия другого, и всюду получал отказ. Мирт напряг своих друзей, чтобы они поспрашивали в миру, как можно разрушить союз, хотя сразу предупредил, что это практически невозможно. В свое время он способа не нашел.
Сейчас поиски не увенчались успехом. Все жрецы как один твердили, что любой брачный союз, освещенный магией, нельзя расторгнуть без согласия обоих супругов. Для этого оба должны предстать перед алтарем вновь и произнести длинные клятвы отречения. И то в отдельных случаях даже после этого брачные татуировки-браслеты не исчезали.
Так что сделает кузен теперь? Ничего. Только потеряет покой окончательно. А ему нельзя. Он снова ждет ребенка. Эдмунд никогда не простит себе, если из-за него Ник потеряет малыша. А такое могло быть, кузен тяжело переносил беременность в этот раз.
