Эдмунд запутался окончательно. Страшно было предположить хотя бы на мгновение, что можно уступить Чезаре. Немного ослабить оборону. Это тоже изматывало, а потом выливалось в такие вот вспышки. И ночи. Когда слетают все предохранители, и разум отключается.
Омега взъершил волосы, размял шею. Сил совсем не осталось, и Эдмунд отправился спать.
Ночь была беспокойной, Эдмунд несколько раз просыпался. В конце концов, пришлось выпить успокаивающий отвар. Только к середине ночи омеге удалось заснуть.
Робкое зимнее солнце светило в окно, проникая сквозь незатворенные шторы. Эдмунд повернулся на бок, закрывшись с головой толстым одеялом. Вечером он забыл попросить, чтоб затопили камин, и теперь в спальне было довольно холодно. Эдмунд отказывался думать, что придется вылезать из теплой постели, идти босыми ногами по полу, а потом переодеваться в этом холоде.
- С добрым утром, - бархатно прозвучал голос над ухом.
Эдмунд замер, затем резко отогнул одеяло. На постели рядом с ним сидел Чезаре в рубашке и незастегнутом жилете. И как ему не холодно.
- Ты так крепко спал, что мне было жаль тебя будить, - чуть улыбнулся мужчина. - Я принес завтрак.
- Спасибо, - пробормотал ошарашенный Эдмунд, принимая поднос с теплыми булочками и горячим травяным отваром. Большая кружка приятно согрела озябшие ладони. - Ты съешь что-нибудь?
- Нет, я не голоден.
Эдмунд кивнул и принялся за булочку. Чезаре сидел рядом и молча смотрел, как ест муж. Тому было не по себе от его взгляда. Впрочем, как и всегда.
- Что? - спросил Эдмунд, отхлебнув отвар.
- Ничего, - хмыкнул Чезаре.
- Нельзя так смотреть на людей.
- Я помню, ты говорил, - слегка кивнул альфа. - Я хотел сказать… забудь все, что я сказал вчера. Это совсем неважно.
Вранье. Это было очень важно. Но Эдмунд лишь кивнул и продолжил есть. Они с Чезаре еще немного поговорили, затем мужчина легко погладил мужа по щеке и вышел.
========== Глава 39 ==========
Poets of the Fall – Carnival of Rust. Писала вот под эту песню.
Эдмунд пустил Боанергоса рысью и прикрыл глаза, наслаждаясь хорошей погодой. Солнце согревало щеки и нос, которые покраснели от мороза, снег сверкал, будто рассыпали миллион крошечных бриллиантов. Ветер изредка покачивал белоснежные шапки на ветвях деревьев. Ма Шер то тут, то там выглядывал из-за огромных сугробов.
Когда зверь стал проситься на улицу, Эдмунд полностью поддержал его в этой затее, потому что тоже засиделся на одном месте. Да и сотня мыслей в голове не давала покоя. А что поможет разобраться в себе, как ни прогулка в одиночестве?
Слова Чезаре не шли из головы. Эдмунд не думал, что спровоцирует такую вспышку. Омеге на мгновение показалось, будто он неосторожно ткнул в гноящуюся рану, и мужчина первым покинул их поле боя. Фактически, он убежал.
И Эдмунд совершенно не представлял, что делать. Все смешалось, перепуталось, и распутать клубок событий и мыслей казалось невозможным. Омега не мог даже проанализировать собственную реакцию на происходящее, до того она была двойственной.
С одной стороны, Эдмунд боялся почувствовать что-то к мужчине. И речь вовсе не о любви. Он боялся заглянуть ему в душу, потому что не представлял, что там может скрываться. И не был уверен, что после всего сможет уйти от мужа по прошествии срока, не оставив часть своей души с ним.
И их близость… Никто не прикасался к Эдмунду так. Омега чувствовал себя живым божеством, до того трепетно ласкал его Чезаре. И это смущало его, пугало до чертиков и заставляло чувствовать себя слабым.
А с другой стороны… Эдмунд не мог не замечать, что муж раскрывается для него с абсолютно иной стороны. Эта забота… попытка понять омегу. Сначала омега думал, что это всего лишь маска. Но игра затянулась. Чезаре уже давно должен был потерять терпение. А уж после их ночи… Да он должен был не выпускать омегу из постели весь день, пользуясь предоставленной возможностью.
Он этого не сделал. Почему? Что мешало? Мораль? Принципы? У него их нет и никогда не было, похоже.
Эдмунд устало потер переносицу и пустил коня галопом, желая изгнать из головы мысли, которые не давали покоя даже ночью. Ветер свистел в ушах, пытался сорвать капюшон и трепал выбившиеся локоны. Щеки сразу закололо от мороза, а глаза заслезились.
Тут вдруг наперерез Эдмунду бросился другой всадник. Омега узнал в нем мужа и погнал Боанергоса еще скорее. Чезаре почти поравнялся с ним, но Эдмунд резко развернул коня и поскакал к главной дороге. Копыта Боанергоса вязли в высоких сугробах, но животное упрямо неслось вперед, не желая сдаваться своему преследователю, как и его хозяин.
Чезаре отстал, а вскоре вовсе пропал из виду. Эдмунд не стал расслабляться, помня, что этот альфа не умеет проигрывать. И он не ошибся. Чезаре появился из ниоткуда, выскочил прямо перед Эдмундом, тот поднял коня на дыбы и снова развернулся.
