Альфа не знал, сколько он провел на улице. Он не чувствовал холода, только стук сердца и пульс в ушах. К середине ночи Чезаре ввалился в дом, не чувствуя ног. И нос к носу столкнулся с Эдмундом, который набрасывал капюшон.
- Чезаре?! - вскрикнул омега. - Он здесь! - закричал омега на весь дом.
Из-за поворота показался Мерсье и Дэйзи, оба в плащах. Чезаре безразлично на них взглянул. Эдмунд обнял его за талию, осторожно потянул в дом.
Альфа резко сбросил его руки и пошел в сторону лестницы. Эдмунд скинул плащ прямо на пол и пошел вслед за мужем.
- Уходи, - процедил Чезаре, не глядя на мужа. - Пожалуйста, уходи.
- Ни за что, - ровно ответил омега.
Тут альфа оступился, стал заваливаться куда-то вперед. Эдмунд попытался его удержать, но чуть не упал вместе с ним. В последний момент альфа выровнялся, затем тяжело опустился на ступеньки и уронил голову на руки.
Мужчина выглядел сломленным, поверженным. Вся фигура его выражала бесконечное страдание и боль. Эдмунд сел рядом с ним, обнял за плечи. У него сердце разрывалось от всего этого.
- Я больше не могу, - срывающимся голосом проговорил Чезаре, не отрывая рук от лица. - Я больше так не могу… Как я виноват… Боги! - едва ли не взвыл альфа.
- Пойдем, Чезаре. Пойдем, - только и смог выговорить Эдмунд. Боль передавалась от мужа к нему, он ощущал ее всем своим существом. - Ты же замерз… Я приказал сделать ванну. А потом мы ляжем спать, и все забудется. Вот увидишь.
- Я никогда не смогу это забыть, - просто ответил Чезаре. - Никогда. Время не лечит, синеглазка. Оно только калечит. Но не лечит никогда.
- Оно вылечит тебя, если ты дашь ему это сделать, - прошептал Эдмунд на ухо мужу. Затем поцеловал его в висок, ласково отнял руки от лица и опустил их себе на плечи. - Вставай, я не смогу тебя поднять, - попытался пошутить омега, но слова застревали в горле. - Давай же.
Чезаре тяжело поднялся на ноги, Эдмунд положил одну его руку себе на плечо, обнял за талию, и они медленно пошли по лестнице. Альфа медленно переставлял ноги, будто разом состарился на сто лет.
Эдмунд отвел его в свою комнату. Почему-то комната мужа показалась сейчас слишком большой и неуютной. А Чезаре был сейчас слишком уязвим.
Эдмунд совсем не думал в этот момент. Он только понимал, что этому человеку ужасно больно, что он страдает, и это страдание вот-вот лишит его рассудка, просто убьет.
Омега стащил с мужа рубашку, заставил опуститься на подушки. Затем стал быстро искать в сундуке успокоительную настойку, которую сам применял только в крайних случаях. Но для Чезаре это самое то.
- Выпей, - Эдмунд протянул мужу кружку с водой и разведенными в ней каплями, и замер.
На него смотрели абсолютно мертвые глаза. В них не было ничего. Совсем.
Чезаре молча взял кружку и выпил все до дна. Его зубы клацали о чашку так, будто мужчину бил самый страшный озноб лихорадки. Альфа устало закрыл глаза, по привычке положил руки за голову.
Эдмунд тихо переоделся за ширмой и лег рядом. Он помедлил секунду, затем придвинулся вплотную к мужу, положил голову ему на плечо и стал успокаивающе гладить его по груди. Сердце медленно мерно стучало под его ладонью.
Чезаре лежал, не шевелясь. Но он не спал, Эдмунд чувствовал это. Омега погладил мужа по небритой щеке.
- Что бы ни мучило тебя… оно уже прошло, - тихо проговорил Эдмунд. - Оно уже прошло и больше никогда не случится. Отпусти себя.
- Я не могу, - одними губами сказал альфа. Лицо его странно исказилось, будто от невыносимой боли. - Я хочу… и не могу.
- Ты все можешь, - прошептал Эдмунд, садясь на постели. Затем осторожно стал гладить его по голове, словно испуганного ребенка. - Забудь все. Есть только сейчас, только эта минута. Посмотри на все под другим углом, - Эдмунд позволил себе слегка улыбнуться, - ты сейчас лежишь в моей постели, полуголый. А я тут, совсем рядом. И никуда от тебя не бегу.
Альфа повернул голову и ткнулся омеге куда-то в живот, руки сильно сжали талию. Наверняка останутся синяки.
Чезаре вдыхал запах Эдмунда, терся об него носом, до боли сжимал, будто омега вырывался. И чувствовал, что невыносимая боль понемногу уходит. Отпускает сердце, разум, возвращает способность дышать и думать.
- Я никуда не убегу, - тихо сказал Эдмунд, гладя мужа по голове.
- Если ты уйдешь… я сойду с ума, - хрипло проговорил Чезаре. Он обнял омегу и заставил лечь рядом, потом прижал так крепко, что стало тяжело дышать. - Только рядом с тобой… все уходит.
- Так дай уйти. Чувствуй сейчас только меня. Слушай только меня. Есть только я и ты, и эта комната. И больше ничего.
Чезаре зарылся носом в пахнущие луговыми травами волосы, потерся носом о шею. Эдмунд прижал мужчину крепче, гладил по спине, пока альфа не затих, дыша ему в шею. Вскоре и омега последовал за ним, напоследок подумав, что ни один человек не заслуживает такой боли, которая терзает его мужа.
========== Глава 40 ==========
Проверять сил нет. На часах 2 :36 ночи. Всех с праздником.
