Это вскоре выяснилось. Следующие пару часов Эдмунд наблюдал, как мужчина заключал сделки одну за другой, выторговывал выгодные условия, о чем-то договаривался. Омега в это время молчаливой тенью стоял за его спиной. Просто сидеть стало невыносимо уже через минут сорок, и парень едва слышно попросил снять его с коня. Заметив выражение лица синеглазки, Чезаре выругался про себя и тут же поставил Эдмунда на землю. Тот следовал за ним хвостиком, альфа крепко держал его за плечи.
- Почему они торгуют? - наконец спросил омега, когда мужчина заключил незнамо какую по счету сделку. Альфа удивился, услышав вопрос от Эдмунда, тот же все время молчал.
- Просто вопреки желаниям далеко не все перевозят золото или камушки, - усмехнулся мужчина, прижав омегу к себе покрепче. С другой стороны вышагивал огромный конь. - А весь остальной товар тяжело сбыть в законных владениях. Поэтому все меняются здесь, подстраиваясь под заказы купцов. Обычно находишь заказчиков, а уже потом товар.
- То есть теоретически можно достать все на свете? - скептически осведомился Эдмунд.
- Да, - просто ответил мужчина, и Эдмунд замолчал, обдумывая информацию.
- Но какие купцы соглашаются сотрудничать с…с… - омега хотел сказать “с головорезами”, но передумал. Альфа усмехнулся, будто поняв, что он имеет ввиду.
- Самые разные, - хохотнул Чезаре. Они двигались к последнему кораблю, который мужчина планировал навестить сегодня. Там должны были быть очень редкие ткани, которые были желанным товаром для всякого купца. - Во всяком государстве есть что-то, что продавать и покупать запрещено. Но чем больше это запрещают, тем больше этого все хотят.
- Так рождается контрабанда, - угрюмо заключил Эдмунд.
- И черный рынок, - добавил альфа.
Тут они остановились у небольшого корабля, сделанного из какого-то светлого дерева. Судно формой напоминало огромную ладью с парусами, а не полноценный корабль. Был спущен трап, у которого стояли сундуки с разными тканями. За ними стояло двое мужчин. Они были темнокожими, черноволосыми и черноглазыми. И удивительно похожими. Но не близнецами. Чезаре отпустил поводья коня, тот встал рядом с Эдмундом. Омега отошел от него немного в сторону. Уж больно злобно смотрело на него животное, будто вот-вот укусит. Или омеге это только казалось?
Чезаре о чем-то громко спорил с мужчинами на непонятном языке, который, кажется, состоял из одних согласных. Все альфы размахивали руками, что-то ожесточенно друг другу объясняя. Эдмунд стал осматривать корабль более внимательно.
Названия, конечно же, было не разобрать. Доски все плотно-плотно прилегали друг к другу, не видно ни единой щелочки. И создавалось впечатление, что они были чем-то отполированы. Спущенные паруса шумели из-за ветра. Эдмунда поразило то, что они все имели разный цвет. От насыщенно-синего до ярко-красного. Не корабль, а радуга какая-то.
Омега стал рассматривать сундуки. Огромные, с восточным орнаментом. Может быть, ограбили какой-то дакарский корабль? Тут парня привлекло странное утробное рычание, за которым неминуемо следовал лязг чего-то металлического. Эдмунд стал озираться. Рычание повторялось вновь и вновь, хотя и не приближалось. Парень напряг слух изо вех сил. Звук, кажется, шел от сундуков. Эдмунд посмотрел на альф. Но те продолжали оживленно спорить и звука не замечали. Эдмунд сделал несколько шагов в сторону, чтобы заглянуть за сундуки. Альфы стояли чуть поодаль от них.
За сундуками стояла самая обычная клетка. А в ней сидело какой-то небольшое черное животное, ритмично атакующее прутья клетки. Эдмунд еще раз глянул на альф, но проснувшееся любопытство взяло верх, и парень сделал несколько шагов по направлению к клетке. Затем вновь бросил взгляд на мужчин и преодолел расстояние до конца.
Омега хотел присесть на корточки, но тут же сморщился от боли в спине. Нагнуться тоже не удалось. Плюнув на все нормы, парень просто опустился на колени перед клеткой. В ней сидел… чей-то детеныш. Совершенно черный, с забавными ушами с кисточками на концах и большими голубыми глазами, какие бывают у младенцев или детенышей, еще не отученных от материнского молока. Черная блестящая шерсть аж лоснилась, хвост с кисточкой бил по черным бокам. Зверек явно был из семейства кошачьих, что-то вроде пумы или пантеры. Он прекратил грызть прутья клетки и заинтересованно глянул на Эдмунда. Потом зарычал и опять принялся грызть прутья, затем жалобно мяукнул, просясь на волю.
