Эдмунд сделал несколько шагов вперед, подойдя к шкафу с огромными расписными блюдами. Яркие картинки завораживали. На поверхности керамики вспархивали птички, цвели райские сады, сплетались причудливые орнаменты. Омега провел пальцами по краю особенно большого блюда. Он был холодным и гладким. Потом омега перешел к огромным вазам, затем к тем, что стояли чуть подальше.
Интересно, где хозяин лавочки?
Но его все не было. Чезаре стоял у входа, наблюдая за Эдмундом, который пробирался в глубь зала. Синеглазка увлеченно рассматривал дорогие изделия, выражение молчаливой напряженности потихоньку сходило с лица. Альфе просто нравилось смотреть на парня.
Эдмунд, наконец, добрался до маленьких глиняных мисочек. Они были совсем простыми, некоторые даже не покрыты глазурью. Омега повертел в руках несколько. Затем оглянулся на Чезаре, который неслышно к нему подошел. С одной стороны, осколки гордости не позволяли принимать какой-либо подарок, но с другой… если захочется порисовать, то в чем мыть кисти? Не в умывальном тазу же…
- Тебе нравятся эти? - спросил альфа за спиной, и Эдмунд вздрогнул от неожиданности.
Миска выскользнула из рук, парень прикрыл глаза, ожидая услышать звон битой посуды. Но его не последовало. Мужчина поймал плошку у самого пола и протянул обратно. Эдмунд не заметил на его лице признаков раздражения. Отец обычно сильно раздражался, когда омега что-то ронял по неосторожности.
- А как тебе вот эта? - спросил тем временем альфа, подавая парню небольшую глубокую плошку. Она была из керамики, расписанная затейливыми орнаментами. Глазурованная.
- Красиво, - Эдмунд чуть наклонил голову, беря мисочку из рук Чезаре. Он не заметил, как их пальцы соприкоснулись на долю мгновения.
Губы Чезаре чуть дрогнули словно от сдерживаемой улыбки, он вытащил мешочек из внутреннего кармана плаща и положил несколько золотых прямо на полку.
- Можем идти? Или еще что-то понравилось? - спросил мужчина.
- Постой… - нахмурился Эдмунд, ставя плошку на полку. - Мы не можем так уйти. Надо подождать хозяина. Да и дорого это все. Я выбрал другую.
С этими словами омега взял с полки самую простую глиняную мисочку и протянул ее альфе. Тот послушно взял ее, но затем поставил на полку, чуть качнув головой.
- Нам не нужно ждать хозяина, я уже купил плошку. Здесь ничего не подлежит обмену или возврату. Таковы правила. Но если хочешь, возьмем и эту, - кивнул мужчина на глиняную мисочку.
- Нет. Тогда не нужно, - пробормотал омега, протискиваясь мимо альфы.
Тот приобнял его за талию и помог пройти, не задев посуды. Но потом руки не убрал. Эдмунд сам отстранился, мужчина не стал настаивать, они вышли из лавочки. Конь Чезаре довольно фыркнул, увидев наездника. Но его не пускали поводья, привязанные к перилам крыльца, и животное осталось стоять на месте. Омега остановился чуть поодаль, ему не нравилось, как это животное на него косилось. Чезаре отвязал коня, легко вспрыгнул в седло, затем подъехал к Эдмунду и поднял его. Рука прочно обосновалась на животе и тут же прижала к мощному торсу, настаивая на выбранном положении.
Спускались они уже значительно скорее. Конь пофыркивал, видимо мечтая пуститься вскачь, но альфа властно держал его, и они скакали неторопливой рысью. Эдмунда все время тянуло вперед, но Чезаре его крепко держал, спасая и от сильной тряски. Как только они спустились, пошли неторопливым шагом.
Вопреки ожиданиям Эдмунда они направились не в бордель, а в порт.Омега смотрел на людей, которых становилось все больше и больше. Они сновали туда-сюда, слышались какие-то окрики и приказы, конское ржание, непотребные ругательства. Пахло рыбой, водорослями, морем, иногда потом и выпивкой, стоило проехать мимо дешевого кабака, у стен которого в ряд выстроились проститутки. Эдмунду стало искренне жаль этих опустившихся существ, некогда бывших людьми.
Они все были значительно старше, чем казались. На лице прочно отпечатались следы дешевого вина и плохой еды, тела исхудали, кожа стала морщинистой и заметно обвисла в некоторых местах. Жалкое зрелище, только пожалеть несчастных и остается. Чезаре проследил взгляд Эдмунда и его поразило то молчаливое сочувствие, которое в нем сквозило.
Надо же, жалеет этих… людей.
Вскоре они доехали до самой пристани. Здесь стояло несколько кораблей, пираты торговали прямо с них. Все пестрело от награбленного добра. Чезаре спешился, но похлопал Эдмунда по колену, когда тот попытался соскользнуть вниз.
- Сиди тут, - произнес альфа, беря коня под уздцы.
Они двинулись к кораблям. Эдмунд накинул посильнее капюшон, чтобы не привлекать к себе излишнего внимание, хотя оно вряд ли могло быть проявлено в еще большей степени. Альфы все равно на него таращились, но как-то сникали, завидев грозно возвышавшуюся фигуру Чезаре. Омега смотрел только перед собой, гадая, что понадобилось Чезаре в порту.
