— Но это же все неправда. Мы не... — она осеклась, сообразив, что они находятся посреди чересчур заинтересованной улицы, но для понимания ее мысли Руфусу не требовалось продолжения.
— Просто они так рассуждают. Эта публика обожает представлять себе худшее в людях. Вот как моя сестра. Вечно приходит к самым ужасным выводам, да еще и приукрашивает их. Это помогает ей чувствовать себя авторитетнеe.
— Что... — София огляделась и понизила голос. Что же она скажет обо мне, когда я разорву помолвку?
Руфус подавил прилив раздражения, возникший из-за того, что она снова затронула эту тему, и даже умудрился напустить снисходительности в голос.
— О, сестра будет в восторге. Она считает вас значительно ниже меня. Впрочем, я редко соглашаюсь с ее .мнением. Собственно, стараюсь как можно чаще принимать противоположную точку зрения.
Вот так он сумел добиться, чтобы на ее щеках вновь выступил румянен. Даже в своей потрепанной шляпке София выглядела совершенно очаровательно с порозовевшими щеками. Надо не забывать почаще говорить ей комплименты.
Она откашлялась.
— Кажется, мы пришли.
Они вошли в лавку, где, к счастью, пока еще не было леди Уэксфорд. Шляпки, веера, кружева — все виды нелепых женских аксессуаров — едва не падали с полок. Воздух был пропитан коктейлем из ароматов — тяжелые духи, пыль, обрывки перьев.
— Боже мой, это же мисс Сент-Клер. — Руфус увидел темноволосую леди, пробирающуюся в их сторону между витринами.
Запах духов усилился, и он покопался в памяти — что-то явно знакомое есть в этой барышне. София перестала ощупывать длинную голубую ленту и словно оцепенела.
— Добрый день. — В ее голосе пропала привычная теплота, но незнакомка не обратила на это внимания.
— Кажется, я вам не представлена... Что ж, полагаю, это ваш жених?
— Это граф Хайгейт, — пробормотала София, прищурившись. Явно настороже.
— Милорд. — Брюнетка присела в реверансе.
Руфус вежливо кивнул в ответ, но, поскольку невеста не назвала ему имени молодой леди, сказать он ничего не мог.
В любом случае брюнетка вновь обратила все свое внимание на Софию.
— Как дела у вашей сестры? Надеюсь, все хорошо. Что-то я не вижу ее в последние дни на светских приемах.
Кровь отхлынула от щек Софии, пальцы крепче сжали локоть Руфуса.
— Я... Джулия...
— Боюсь, ей немного нездоровится, — вмешался Руфус.
— Какая жалость. Знаете, до меня дошел очень странный слух про нее. — Брюнетка театрально разгладила кружева, каскадом свисающие с ее манжет. — Кое-кто сказал мне, что она покинула город. И не одна.
София вздрогнула.
— Кто это сказал?
Молодая леди запрокинула голову и испустила пронзительный смешок, достаточно резкий, чтобы все окрестные собаки залаяли. Это всколыхнуло его память. Подружка Кливдена на балу у Послтуэйтов! Он вонзил ногти в ладони с такой силой, что побелели костяшки.
— Ну что вы, — отозвалась брюнетка. — Кто же вам такое выдаст. И хотя я уверена, что в силу своего положения он должен знать; само предположение просто нелепо. Зачем ей убегать с младшим сыном, если она может получить титул?
София схватилась за горло.
— Действительно.
Бедняжка. Еще секунда, и она проговорится.
Руфус крепко сжал ее руку. София расправила плечи, грудь приподнялась, плоть под его пальцами затвердела — она словно заимствовала уверенность в его присутствии.
— У меня нет времени стоять и слушать праздные сплетни.
Руфус подумал о сестре и добавил в голос презрения, на которое только сестра и способна — того фирменного, от которого все вокруг замерзает.
Брюнетка стрельнула на него глазами и скользнула взглядом по левой щеке.
Отпустив руку Софии, Руфус подошел ближе к настырной незнакомке. Она была невысокого роста, так что он грозно навис над ней.
— Вам уже предоставили объяснения по поводу мисс Джулии. Дальнейшие досужие домыслы не подобают молодой леди вашего происхождения.
Прижав руку к сердцу, она отступила, бледнея на глазах.
— Прошу меня извинить, милорд, я совершенно забыла о важной встрече!
Брюнетка помчалась к выходу, выбивая каблучками стремительную дробь.
— Право же, Хайгейт, не следовало так пугать ее.
Он повернулся и увидел широко распахнутые, сияющие глаза Софии. Что это, восхищение? Мысль об этом ошеломляла. Он не мог вспомнить, чтобы женщина когда-нибудь так на него смотрела. А еще она назвала его Хайгейтом, словно они старые знакомые. Интересно, сама-то хоть поняла?
Он позволил себе улыбнуться.
— Я всего лишь подражал сестре и даже не предполагал, что мне так здорово удалось. Пожалуй, возьму на заметку для разговоров с советом директоров.
Выражение лица Софии смягчилось, но улыбка, на которую он так надеялся, не появилась.
— Не время для шуток. Она знает и распустит сплетни.
Руфус коротко окинул взглядом лавку. Владелица в противоположном конце была занята с двумя светскими матронами. Это хорошо. Он положил руки на плечи Софии и повел ее в самую дальнюю часть магазина, где полки с плюмажами частично скрывали их от глаз посторонних.
