скалолазанию по искусственным рельефам.
Параллельно я разработал новые способы изготовления
искусственных рельефов и были получены три авторские
свидетельства на изобретения.
Когда Ставницер был в Германии, он привёз
пенопластовый самолётик—бумеранг. Запускался резиной и
облетев круг приземлялся к ногам.
Путём сложного моделирования мной была изготовлена
алюминиевая форма и получены первые самолётики. Летали
успешно. Затем были изготовлены пятнадцать форм и
подбирали помещение для организации их производства. По
разным причинам это не удалось.
Наш друг — Володя Чумак шел по улице Гаванной
мимо католического костела, в котором был ремонт. В куче
выброшенного хлама он увидел старинное кресло в ужасном
состоянии.
Деревянный остов его был целый. Он забрал его в надежде
отреставрировать и поместил на чердаке своей дачи. Т.к. у
него не было времени этим заняться, его жена Таня Тихонова
отдала его нам.
Пассажиры трамваев №20 и №12, в которых мы везли
кресло домой, смотрели на кресло с большой иронией. Они
не знали, что кресло «нео—рококо», девятнадцатого века. Я
его отреставрировал.
Когда к нам зашел Олег Соколов, Одесский художник,
работавший в «Музее западного и восточного искусства» и
увидел кресло, предложил продать его музею. Это кресло
приехало с нами в Израиль. Оказалось в музее Израиля
находится точно такое — близнец.
С нами в Израиль приехали еще два кресла. Это гнутые
кресла фирмы «Братьев Тоннет», тоже девятнадцатого века.
Я их изъял на даче дяди Исаака Мордковича Вязовского. и
реставрировал.
Говорят: «Хорошо кресло старому, оно же колыбель
малому». Но и кошки хорошо в нем устраиваются.
Это мой друг — скульптор. Он был добрый, отзывчивый
человек, сочинял стихи, играл на гитаре, пел песни. Любая
кампания считала за честь его присутствие. Чтобы иметь
возможность дарить подарки и он и другие скульпторы
покупали в Эрмитаже (музей в Ленинграде) копии разных
барельефов, делали по ним мягкие формы из формопласта,
и отливали гипсовые копии. Ким разрешал мне отливать их
себе на продажу. Мы научились высушенные барельефы
красить под чугун, бронзу и дерево.__
Мой приятель Артур Тертерян организовал мастерскую
по изготовлению бронзовых изделий: люстр, столиков,
подсвечников, бронзовых рам для зеркал и многое другое.
Он собрал коллекцию старинных деталей в количестве около
шести тысяч штук. Для этого он разбирал даже старинный
антиквариат.
По этим образцам отливали необходимые детали в
зависимости от необходимости изготовить то или иное
изделие. Я три года, после работы в ЧЦПКБ, вечером
занимался отливкой этих деталей. Надо было заформовать
эти образцы, расплавить бронзу в печи и залить формы.
Формовка многих изделий была очень трудоёмкой, т.к. они
были тонкими, изящными. Обработку отливок осуществляли
другие.
Артур разрешал кое—что делать для себя, но это было
сложно из—за отсутствия времени. И все же я сделал себе
два больших зеркала в бронзовой оправе, два бронзовых
пятисвечника и кое что другое. Все это я привёз в Израиль.
Эта смола одно из чудесных изобретений химической
промышленности. Я с ней работал, когда изготовлял литейные
модели.
Однажды придумал как делать из неё кулоны с
растениями и насекомыми.
В 1971 г. организовалась фабрика народного творчества
и я два года сдавал туда кулоны. Можно было зарабатывать
не более 120 рублей в месяц.
В начале 90—х годов научился делать из смолы браслеты,
заколки на голову в виде бабочек, серёжки прозрачные и с
блёстками внутри.
В это время разрешили умельцам сдавать свои изделия в
комиссионные магазины и платить налоги с заработка.
В конце 90—х Марьяночка ушла из института и работала
в комиссионном магазине нашего приятеля Саши Каменяржа.
Я стал делать оригинальные пуговицы и сдавать их в её
магазин. Все что я делал было оригинально. Никто такого не
мог делать, т.к. не знал секрет технологии.
Странно, конечно, писать о шашлыках, которые съедают
миллиардами. И сам съел их бесконечное количество. Но это
часть нашей жизни и хочу привести пару примеров.
Я был в туристической поездке Ереван—Севан —Тумонян—
Дилижан—Кировокан—Поти. В Дилижане мне захотелось
поесть шашлык и я зашёл в шашлычную. Надо сказать, что в
Армении меня часто принимали за армянина и обращались ко
мне по армянски. В шашлычной пошутил и сказал, что не прочь
полакомиться шашлыком. Не знаю, что на хозяина нашло, он
сказал, чтобы пошёл в другое помещение и сам насадил на
шампур мясо. А там был целый казан заготовленного мяса и
конечно выбрал себе самые лучшие куски.
