Все, о чем мечтала полностью

Я не просто так работаю допоздна в мастерской, после того как все расходятся по домам. Прямо сейчас мне просто хочется побыть одному, наедине со своими мыслями, и закончить свой небольшой проект. Он отвлекает меня от Харлоу, хотя я не могу думать ни о чем другом, с тех пор как она уехала.

― Я понимаю, сынок. Она ранила тебя.

Я ставлю японский рубанок перед собой на пол. Именно здесь я провожу целый день в окружении древесной стружки и своих инструментов: деревянного молота и долота (прим. плотничий или столярный инструмент, предназначенный для выдалбливания отверстий, гнёзд, пазов и т. п.), на сбор которого потребовалось больше времени, чем для того, для чего оно было нужно. Также работал мой учитель Такеши-сан ― на полу, чтобы иметь возможность использовать свои ступни и ноги, если ему требовалась опора.

Он прижимал кусок дерева ногой, пока работал долотом, измерял и собирал столярные изделия; так он и меня учил. Казалось, тогда это так же роднило его с землей, как и меня сейчас, когда я даю волю своей фантазии, даже если работаю над простым ящиком, делающимся без единого гвоздя, винтика или клея. Я применяю эту технику не для всех проектов, потому что моя компания сотрудничает с пятнадцатью другими специалистами по деревообработке, обладающими современной техникой и последними 3D-технологиями. Я возвращаюсь к основам, когда мне нужно подумать или создать что-то личное, как, например, этот ящик передо мной.

― Со мной все в порядке, папа. Правда. Ты же знаешь, я с этим быстро справляюсь.

Ага, например, с помощью поездки в бар, а потом и секса на одну ночь с какой-нибудь девчонкой, чьего имени я даже не знаю. Но мне не хочется этого сейчас, несмотря на то, что мой телефон разрывает сообщениями от женщин, которые только что узнали о том, что я снова в городе.

Отец молчит, наблюдая, как я поднимаю крышку, стоящую возле меня, и кладу ее на ящик, чтобы проверить ляжет ли она ровно. Она отлично входит в вырезанные выемки. К тому времени как прямоугольный ящик будет закончен, наверху будет вырезан узор, который, как я надеюсь, будет олицетворять его получателя, а потом, как завершение, будет нанесена морилка, чтобы сохранить экзотический вид выбранного мною дерева (прим. морилка для дерева — это специальный материал, как правило, в виде жидкости. В процессе морения наносится на обработанную древесину для придания ей определенного цвета, как правило — цвета иной породы дерева).

― Он приносил ей цветы? ― спрашивает вдруг отец.

Я удивленно отрываю взгляд от ящика и смотрю вверх, на него.

― Кому?

― Доктору Джеймс. Ее муж был с цветами, когда приехал в «Жемчужину»?

― Откуда ты узнал, что он приезжал? Я никому не говорил.

― Сначала он заехал к Виллерам, перепутав их дом с «Жемчужиной». Зашел, как к себе домой, и Сойер чуть не выстрелил ему в голову.

― Черт!

Точно также он зашел в «Жемчужину», назвав Харлоу «деткой».

― Как там Сойер?

― В порядке. Это о Джеффе Гарднере нужно беспокоиться, но, по крайней мере, братья хорошенько повеселились. Тодд столкнулся с Сарой в супермаркете и рассказал ей про это, ― говорит отец. ― Но ты не ответил на мой вопрос, Дэкс. Были цветы? Конфеты? Доктор Гарднер принес что-нибудь с собой, когда вошел в «Жемчужину» в поисках своей жены?

Я терпеть не могу, как отец произносит слово «жена».

― Они разводятся, ты же знаешь.

― Я-то знаю, но пока этот развод не завершен, она все еще его жена.

Отец снова делает акцент на этом слове, и это задевает меня, на этот раз мне становится еще больнее, чем ранее. «Его жена». Я заставляю себя вернуться к вопросу, который задал мой отец, и мне вдруг становится интересно, наблюдал ли Тодд за моим общением с Джеффом в тот момент. Может, этот чертов телескоп наконец-то для чего-нибудь пригодился.

― Нет, у него ничего не было…

Мой голос затихает, когда я понимаю настоящую причину вопроса моего отца. Это не из любопытства. Он уже знал ответ.

― Если доктор Джеймс уехала от тебя, это никак не связано с тобой.

И вот, приехали, это и есть настоящая причина; настоящая причина, из-за которой он здесь находится, чтобы поговорить со мной, даже несмотря на то, что они все истолковали не верно. Ведь это я напортачил первый, и поэтому она уехала. Ее развод всегда был между нами, не спорю, но я все равно наделал ошибок. И этот разговор также является прямым напоминанием о том, что в Таосе ничего нельзя оставить в секрете, и что отец знает, Харлоу была не просто очередным арендатором для меня.

― Что еще тебе рассказала Нана?

― Ничего такого, чего бы я не слышал от всех остальных... что ты встречаешься с каким-то хирургом из Нью-Йорка. Мне не потребовалось много времени, чтобы сложить все воедино, тем более, Сара сказала мне, кто приехал в «Жемчужину», пока ты был там.