Сперва она испугалась — настолько, что с трудом заставила себя обернуться и посмотреть в глаза своему страху. Глаза у страха оказались… красивые. Ярко-синие. Сертин, шагнув из зеркальной рамы навстречу ученице, произнес с усмешкой:
— Я устал ждать, пока ты обо мне вспомнишь.
— Простите, — пробормотала она пристыженно.
Действительно, давно стоило связаться с Сертином, узнать, как он там справляется с возникшими проблемами. Ведь понятно, что разбираться с новой реальностью приходится ему, а не королеве.
Но главным потрясением стало не явление наставника, а встреча с группой его друзей, которых он попросил пропустить через зеркало и поручить кому-нибудь их устройство во внешнем мире. Одного из гостей Дин помнила хорошо, еще трое показались ей смутно знакомыми, а вот четвертый… вернее четвертая… Дин едва удержалась, чтобы не отшатнуться, узнав в ней Риеву.
Впрочем, нынешняя Риева разительно отличалась от придворной дамы королевы Мирэи, с которой Дин приходилось иметь дело. Сейчас она казалась ровесницей Дин. Скорее всего, не только казалась, но и была. Просто теперь, когда опыт придворной жизни стерся из ее памяти, из серо-голубых глаз смотрела она настоящая, какой могла бы стать, если бы в раннем возрасте не попала в цепкие ручки королевы: ясный взгляд, застенчивая улыбка. А еще она словно бы похорошела. Возможно, это объяснялось тем, как доверчиво она прижималась к парню, который ее привел, и тем, как он на нее смотрел — тепло и ласково. Словом, ничего от прежней Риевы в ней не было, кроме смутного внешнего сходства. Даже имя другое — Лиена.
И все-таки Дин не сразу смогла справиться с потрясением. К счастью, ей вроде бы удалось скрыть от гостей свое состояние. И она вздохнула с облегчением, когда заботу о прибывших взял на себя магистр Видар.
Что ж, библиотекарь нашел жертвы для удовлетворения своего любопытства, сыщик заполучил преступника, а Дин… Она просто была счастлива — и оттого, что этот безумный день уже позади, и оттого, что муж был рядом и не надо было спешить, решать миллион срочных вопросов. Даже носиться с книгами по библиотеке не было необходимости, поскольку магистр Видар щедро выделил своей помощнице дополнительный выходной…
… Можно было поработать в кабинете, но Тин так ценил тихие вечера, когда можно было просто побыть рядом женой, что предпочел сидеть в гостиной. Ну и пусть он то и дело отвлекался, зато счастье, которое он испытывал в ее присутствии, с лихвой искупало все остальное.
Тин поднял голову от тетради, встретился взглядом с женой и не в первый уже раз за прошедшие месяцы ощутил всепоглощающую нежность. Ну а как не испытать, если вот она, сидит — вздернутый носик, высокие скулы и узкий подбородок, губы так причудливо изогнуты, как будто их хозяйка сама не знает, улыбнется она в следующее мгновение или скорчит недовольную гримаску, черные кудри рассыпались по плечам, искорками откликаясь на последние отблески заката. Прекрасная, как осеннее солнце.
Губы жены чуть дрогнули, и на них обозначилась уже совершенно явственная улыбка.
— Ты что?..
— Думаю… Надо бы нам с тобой князя Аутара навестить… И к Тарнею гости давно пора. И…
— А ты найдешь дорогу?
— Конечно. Я помню комнаты с зеркалами, как будто побывала в них только вчера.
— Значит, сходим.
И он снова внимательно посмотрел на жену, в свою очередь расплываясь в блаженной улыбке.
— Ты что?..
— Любуюсь. Тобой. Ты прекрасна.
— В твоих глазах.
— Разве этого мало?
— В самый раз, — тихо рассмеялась Дин.
И в самом деле — о большем и не мечталось.
—-----
