Пару раз моргнув, с силой выдираюсь из воспоминаний, где потекла точно масло на солнце. Мне до сих пор печет от его проклятых сообщений! Где-то на уровне ребер, точнее глубже. А если еще точнее, то непременно в самом центре моей души.
Дура.
Моргаю еще, откидываю волосы назад и говорю, чтобы хоть как-то отвлечься.
— Господи, ну что ты делаешь?!
Паша резко поднимает на меня глаза и дергает головой, будто это был самый глупый вопрос на свете.
— Боевую машинку-робота. Не видно что ли?!
Действительно. Мы в пятизвездочном ресторане на семидесятом этаже. Вокруг люди в лучших нарядах от ведущих брендов. И мы. Нет, не так. Я и он. Потому что мне хватило ума одеться прилично, а не в драные джинсы и черную, потертую футболку! А еще, конечно же, хватило ума не раскладывать детали от своей гипотетической машинки-робота по столу с дорогущим фарфором и серебром.
— Просто…
— Лиза! Ты отвлекаешь меня!
Простите-извините, твою мать!
Отпиваю шампанского, незаметно кошусь в сторону на присутствующих. Конечно же! Ну, разумеется! На нас все исподтишка глазеют. Дохожу до стола Салмановых, где сейчас сидят оба брата, Катя и Алишер — оттуда пялятся не украдкой! Катя вон вообще сейчас лопнет от смеха.
Беру телефон.
Катя глупо и раздражающе хихикает.
Через мгновение происходит очевидное. Катя начинает громко ржать, откинув голову назад, я молча качаю головой, а наша Примадонна ведет плечами и шипит под нос.
— Ну что такое, а?! Это ресторан или цирк?! Зачем так громко ржать?!
Что на это ответить — без понятия. Я тупо дергаю руками, даже не знаю, кому это адресую: всевышнему разве что.
И в самом деле. Это ресторан или цирк?!
На этом все.
Мне остается только снова наблюдать за ним, и это все-таки приятно…Нет, серьезно. Несмотря ни на что — приятно. Он так увлечен своим делом…чем бы он там ни занимался. Всегда круто наблюдать за человеком, который дышит тем, что делает…
— Паш, твои пельмени принесли…
Резко поднимает на меня глаза и отсекает твердо.
— Лиза! Я занят!
Не обижаюсь вообще. Только улыбаюсь шире, а еще себя в нем узнаю…я ведь также себя веду, когда рисую…
Так проходит еще полчаса. Я на него смотрю дурой, иногда дергаю, чтобы позлить, но больше все-таки молчу. В какой-то момент мне неизбежно становится немного скучно, и я откидываюсь на спинку стула, разглядываю народ. Они уже тоже потеряли всякий интерес, о чем-то оживленно беседуют, а я медленно скольжу по залу дальше.
Пока не сталкиваюсь с тем, с чем сталкиваться себе не разрешаю. Но такова жизнь — ты мало что можешь по итогу…
Адам.
Он смотрит на меня не отрываясь. Медленно подносит бокал с виски к губам, глаза горят, как тысяча бриллиантов. На их дне — огонь; соскучился?
Ухмыляюсь.
На самом деле, мысленно стараюсь отодрать себя от него, но это что-то на невозможном. Будто я — королевская кобра, а он — чертов заклинатель. Ужасно привлекательный, в светлом свитере, брюках. Весь такой идеальный и злой. Порочный. Ненавистный.
Вспоминаю об этом, благодаря чему мне удается разорвать нежелательный контакт, и сразу мой телефон вибрирует.
Я знаю, что это он. Нутром чувствую…
Блядь.
Цыкаю, блокирую экран и хочу спрятать мобильный подальше, но мне снова падает сообщение…
Не дышу.
Ненавижу.
Дышу, но лучше бы не дышала…вместе с кислородом, по нутру бегут мурашки, опускаясь прямиком в трусики.
Господи, я точно наркоманка… потому что его слова зеркальны. Я себя без него не чувствую…
Прикрываю глаза.
Чтоб тебя…
Мурашки становятся больше…
— Ха!
От приступа перевозбуждения меня отвлекает громкий крик Паши. Я аж вздрагиваю и обливаюсь шампанским, которое явно дало мне в голову, раз я вообще еще не заблокировала этот проклятый номер!
Смотрю на брата с укором.
— Ты больной?!
Но злюсь слабо, если честно — я ведь искренне ему благодарна за замашки сумасшедшего ученного.
