Все цветы Парижа полностью

Он заморгал. Я поняла, что ему не хотелось говорить об этом, кто бы она ни была.

– Она твоя бывшая? Та, кого ты когда-то любил? Ты о ней рассказывал мне? И ты ей купил вчера цветы?

Виктор покачал головой. Его спокойствие и терпение исчезли, теперь он волновался и даже был слегка раздосадован.

– Я пригласил тебя сюда, потому что хотел устроить для нас особенный вечер. Почему ты думаешь, что у меня могут быть какие-то другие намерения?

– Тогда кто та женщина и почему она все время тебе звонит? – Мне не понравился мой голос. Неуверенный. Как у испуганной школьницы. Но я не могла скрыть свое огорчение.

Он кашлянул.

– Она… никто… Постой, почему ты так?.. Послушай, Каролина… – Он положил на стол салфетку и заглянул мне в глаза. – Я не знаю, что мне сказать, чтобы ты мне доверяла.

Я обвела глазами полутемное пространство и не увидела никаких цветов. Возможно, он уже подарил их Эмме или какой-нибудь другой красивой женщине, с которой провел эту ночь. Я вздохнула и встала.

– Я никогда не обижу тебя, – сказал Виктор, погладив меня по щеке.

– Возможно, это так, – ответила я, вытирая слезинку. – Но сейчас я слишком хрупкая и ранимая, чтобы понять, могу я тебе верить или нет… Извини, но я пойду.

– Пожалуйста, – сказал Виктор. – Каролина, не уходи.

Он хотел взять меня за руку, но я не позволила ему. Вышла в зал, прошла, лавируя, между столиками, нашла свое пальто и выскочила на улицу в расстроенных чувствах и смятении. Но больше всего я была растеряна, ужасно растеряна.

Когда я проснулась на следующее утро, Марго с Элианом уже ушли. Подробности вчерашнего вечера крутились у меня в голове, причиняя мучительную боль, когда я готовила себе кофе. С каждым глотком я вспоминала, что сказала Виктору и как с тяжелым сердцем ушла из ресторана. Я вздыхала, ругала себя; мне уже хотелось, чтобы вечер закончился по-другому. Вот только зачем? Чтобы оказаться обманутой? Чтобы меня заставили поверить, что мужчина, с которым у меня близкие отношения, действительно любит меня, а не просто испытывает сострадание.

Я приняла душ, открыла блокнот для зарисовок и стала придирчиво разглядывать набросок пальмы, сделанный накануне. Зазвонил телефон.

– Как? Встреча в час дня по-прежнему в силе? – Это была Эстель, а я совершенно забыла, что обещала встретиться с ней возле «Жанти».

– Дело в том, что… – начала я.

– Извините, – сказала она. – Я еду в поезде, все страшно грохочет, и я вас почти не слышу. Я просто хотела предупредить, что опоздаю на пять минут, окей?

– Окей, – согласилась я со вздохом.

Эстель ждала меня возле «Жанти». Она шикарно выглядела в темных джинсах «скинни» и бежевом свитерочке. Увидев меня, она улыбнулась и поцеловала в обе щеки.

– Я тысячу раз проходила мимо этого бистро и никогда не заходила в него.

Теплый воздух ударил мне в лицо. Эстель вошла следом за мной.

– Тебе тут понравится, – заверила я, с опаской оглядываясь по сторонам. – Bonjour, – сказала я Лоррен, официантке, помогавшей за столиком администратора, пока не вернется Марго. Я робко оглянулась на дверь кухни. – Виктор там?

– Ой, он только что вышел, – ответила она. – Но он скоро вернется. У нас кончилась картошка, и он отправился на рынок.

– Картошка? – переспросила я и помахала рукой господину Баллару, потом дала знак Эстель, чтобы она шла со мной к его столику. – Вот тот человек, с которым я хотела тебя познакомить.

– Bonjour, господин Баллар, – сказала я с улыбкой. – Я хочу познакомить вас с моей подругой. Это Эстель Оливье. – Я объяснила старику, в чем заключался ее проект, и он с интересом меня выслушал.

– Пожалуйста, присаживайтесь, вы обе, – пригласил он, отложив в сторону газету. Позвал официантку и попросил принести еще два эспрессо. – Как вы себя чувствуете? – спросил он у меня.

– Нормально, – ответила я.

Он пристально посмотрел на меня.

– Что-то вы не очень продвинулись.

Я вздохнула, покосилась на Эстель и снова посмотрела на Баллара.

– Откуда вы знаете?

– В свое время я научился читать по лицам, и ваше лицо говорит мне, что у вас… душевный конфликт.

– Ну, допустим, что вы правы.

– Знаете, – продолжал он, – если бы я был вправе давать вам советы, я бы сказал вам, что я жалею, что мне никто не дал один полезный совет, когда я был в вашем возрасте.

– Что за полезный совет?

– Перестать беспрестанно тревожиться.

– Вам легко говорить. Но как это сделать?

Он вздохнул и развел руками.

– Дорогая моя, я не могу советовать вам, что надо делать, но могу сказать, что сделал бы я сам на вашем месте.

– Мы слушаем, – отозвалась я, переглянувшись с Эстель, которая удивилась и заинтересовалась.

– Я бы бросил нудную работу и уехал в Италию, в Портофино, как давно мечтал. Я бы целовался с хорошей девушкой, когда у меня появлялась такая возможность. – Он замолчал и отвел глаза. – Я бы проводил больше времени с моими детьми, когда они были маленькими. Я бы плюнул в лицо немецкому офицеру, когда он оскорбил мою мать на улице, даже если бы он разбил мне за это нос. И я бы… – Его голос оборвался, глаза устремились куда-то на маленький шкафчик на дальней стене и, возможно, в давнишние воспоминания.