Зима выдалась на редкость отвратительной. Иногда выпадало немного снега, но уже через несколько часов вместо него под берцами хлюпали грязные лужи, а с неба моросил мелкий противный дождь. Когда свободные от работы часы совпадали с нормальной погодой, Анна переодевалась из штабной формы в свой старый камуфляж и шла на стрельбище. Это были остатки разбитого войной здания – три стены, уже порядком изрешеченные пулями разных калибров. На стенах были нацарапаны мишени, иногда во время занятий сюда притаскивали деревянные фигуры, изображавшие вражеских солдат. Стрельбище располагалось недалеко от хозблока, в дальней части военной базы. Анна не хотела терять навыки стрельбы, а еще это было одно из немногих занятий, которые по-настоящему доставляли ей удовольствие.
Взяв пистолет или свою любимую винтовку, она наслаждалась тем, как клацают, бряцают механизмы оружия, как приятной тяжестью ощущается в руках суровый металл, как его кисловатый запах смешивается с запахом жженного пороха, и как уверенно чувствовала себя Анна, управляясь с такой вещицей, которая – смерть для одного и защита для другого.
Анна была сосредоточена на отстреле мишеней и лишь краем глаза заметила, что на стрельбище появились трое солдат. Пока они копошились позади, подготавливая оружие, Анна положила винтовку на обломок бетонного блока и выпрямилась, разминая плечи. Она уже собиралась уйти, но внезапно ее схватили сзади, зажав рот.
Анна понимала, что против троих крепких парней она бессильна. К пистолету в кобуре было не дотянуться, ведь ее руки прижали к телу мертвой хваткой. У себя над ухом она слышала тяжелое дыхание и мерзкое похихикивание. Чья-то рука потянулась к застежке ее куртки, когда где-то недалеко послышался знакомый звук мотора «Амалии». Анна собрала все силы и резко дернула головой. В ту секунду, когда ее рот оказался освобожден от руки мерзавца, она успела выкрикнуть:
– На помощь!
Ругнувшись, солдаты швырнули ее на землю и что было духу помчались в противоположную от хозблока сторону. Анне почти сразу удалось принять сидячее положение. На щеке жгло ссадину – она приземлилась на один из бетонных обломков. Внутри также всё полыхало от ярости. Она взглянула вслед удаляющимся воякам, и одна долговязая фигура показалась ей очень знакомой.
– Камил… – злобно процедила Анна.
В этот момент к ней подбежал Бруно.
– Ты в порядке? – он помог Анне подняться и теперь внимательно рассматривал ее лицо.
– Я в норме. Ты вовремя приехал.
Бруно посмотрел в ту сторону, куда побежали солдаты, но их уже и след простыл.
– Приехал бы еще раньше – навалял бы им! Упыри, животные…
– Думаешь, мы вдвоем бы справились с тремя? – усмехнулась Анна, беря свою винтовку. – Пойдем.
Пока они шли к машине, Бруно заботливо придерживал Анну за локоть.
– Точно помощь не нужна? Могу до госпиталя подвезти, – он кивнул на свой пикап, но Анна лишь благодарно похлопала его по плечу.
– Бруно, не волнуйся и занимайся своими делами. Разве что забери вот это.
Она достала из нагрудного кармана сложенный лист бумаги со свежими разведданными. Распрощавшись с Бруно, она поспешила в штаб.
Анна столкнулась со Штефаном прямо около его кабинета. Увидев ее расцарапанное лицо, он нахмурился.
– Что с вами, лейтенант?
– Всё в порядке, полковник, я… поскользнулась.
Анна хотела обойти его, чтобы улизнуть к себе в кабинет. Сейчас ей не очень-то хотелось с кем-либо разговаривать, но Штефан неожиданно выставил в сторону руку, преграждая ей путь.
– Зайди, – он слегка подтолкнул ее в направлении своего кабинета.
Анна опустилась на стул сбоку стола, где она обычно сидела на совещаниях и чаепитиях. Штефан расположился рядом и молча смотрел на нее. Анна избегала встречи с его взглядом. Наконец, устремив взгляд в столешницу, она произнесла:
– На стрельбище трое солдат схватили меня… Не знаю, что они хотели сделать… Приехал водитель, Бруно, и они убежали.
– Ты их знаешь? Из какой они роты? – спросил Штефан таким тоном, что по спине у Анны пробежал холодок.
– Я не разглядела их лица. Полковник… Ничего страшного не произошло. Разрешите пойти и привести себя в порядок?
– Не разрешаю.
Анна молча уставилась на Штефана, который подошел к небольшому шкафу в углу кабинета, достал оттуда кусочек бинта и маленький темный пузырек. Он открутил крышечку и смочил содержимым бинт. Запахло спиртом. Виктор промокнул ссадину на лице Анны, и она дернулась, зашипев, поскольку щеку пронзила резкая боль.
– Тише… – Штефан придержал ее лицо другой рукой, продолжая очищать рану.
Закончив, он положил перед Анной листок бумаги и карандаш.
– Опиши все приметы подонков, которые запомнила. Я возьму расследование этого инцидента под личный контроль.
Анна машинально взяла карандаш и склонилась над бумагой.
– А что с ними будет?
– В расход, – без колебаний ответил Штефан, но тут же сам себя перебил: – Нет, нет, в штрафную роту. Пусть хотя бы пользу принесут… В любом случае, они смертники.
– Смерть? То есть это будет адекватным наказанием за…
