- Нахал! – небрежно бросила ему Тамара и, покачивая бедрами, поплыла к повозке, проверить, как там ее подопечные.
Подворье оказалось небольшим желтым зданием, построенным четырехугольником и обнесенным высоким забором, в центре которого находился колодец. Уставших вьючных животных разгружали и заводили в стойла, чтобы вдосталь там напоить. Тюки с товарами же стаскивали на склады, которые должны были закрываться на ключ. Томке стало интересно, как постоялый двор устроен, но далеко отходить одна боялась. Хватило духа только заглянуть в огромный сарай, куда отводили четвероногий транспорт. От увиденного стало дурно. В огромном помещении с одной стены были расположены стойла для животных, а с другой – нары для людей.
«Вот и наступил день, когда придется спать на общественных койках и нюхать запах скотины и немытых тел. - перспектива вырисовывалась не радужная. Она сама пахла отнюдь не цветами и конфетами, а что уж говорить о десятках вспотевших мужчин, таскавших баулы и тюки. - Уж лучше с Хрюшей, он хоть не пахнет».
Оставалось только понять, где будет стоять повозка. Вряд ли его расположат среди обычных животных. Оглядевшись, она увидела крытую телегу, к которой кроме братьев никто не отваживался подходить. Весть о чудовище быстро разнеслась среди возчиков и погонщиков, поэтому ночевать с Хрюшей было вполне безопасно.
«Надо выгулять его, а то нагадит...» - вздохнула Тома и, зевая, поплелась к нему.
- Ну и как вы тут? – спросила она, заглянув внутрь, под полог.
- Хорошо. – пропищала Чиа, зажатая в углу, измученным голосом.
- Обижал? – сердито поинтересовалась Томка и недовольно посмотрела на зверя.
- Нет, что ты! Он ласковый, любит, когда его чешут.
Тамара посмотрела на питомца, и их взгляды встретились. Он вытаращил свои маленькие хитрые глазки и поджал губы. Чуяло ее сердце, не спроста. Наклонилась к мохнатому уху, она тихо прошипела:
- Хрюша, только морду! Морду и спинку, понял? – ее голос стал злым и раздраженным. - Помни, друг мой, рядом братья и сестры, не особо нас с тобой жалующие. Давай, ты не будешь давать им повод, а то у них рука не дрогнет, устроить показательное наказание за развращение маленьких девочек.
Зверь раздраженно засопел.
– Пошли прогуляемся, но не вздумай ничего грызть, портить или кого-то укусить! За нами наблюдают! - опустив борт телеги, выпустила его на землю. Ворота еще не закрыли, поэтому троица немного прошлась, но на долго задерживаться не стали, опасаясь, что о них могут забыть и им придется мерзнуть под стенами до утра.
В подворье уже стоял другой караван, и найти свободную комнату было почти невозможно. Долону пришлось использовать дар, чтобы получить ключи от маленькой комнатенки, в которой должны были ночевать сестры и Тамаа с Чиа. Пока он беседовал, Тома сидела на скамье, облокотившись спиной на стену. Девочка сидела рядом, положив ей голову на плечо. Вокруг суетились люди, а их происходящее совершенно не волновало, потому что в любом случае, у них была повозка, постель и грозный телохранитель, которого пока что заперли в небольшом складе. Только за два неполных дня путешествия они так устали, что совсем ничего не хотели. В жару много не елось, и запасов сладких высушенных лепешек, засахаренных фруктов им хватало. Еще они старались меньше есть из солидарности к Хрюше, которого Братья приказали меньше кормить. По их мнению, лечебное голодание должно было помочь Сахе похудеть и обрести силы. Однако гадкая томкина натура везде видела подвох и подозревала, что семейство ненормальных (как про себя называла семью Долона) просто жадничает и экономит на нем деньги. Из-за жалости к питомцу, они с подругой его значительно подкармливали.
Воды для питья тоже было вдосталь. Единственное, о чем Тамара страстно мечтала – это помыться и лечь спать, но царившая вокруг суета свидетельствовала, что их мечты осуществлятся не скоро. Когда подошел Млоас и сообщил, что им придется спать в одной комнате с сестрами, Тамара мгновенно проснулась.
- Ни-за что! – отчеканила она и готова уже была побрести обратно к повозке, но за спиной Млоаса появился Виколот.
- Советую подумать, прежде чем показывать своенравие. - настойчиво посоветовал мужчина, наклоняясь к ней ближе: - Мы все устали, поэтому не стоит выказывать свои мелочные капризы. Поверь, сестры так же не горят желание ночевать с тобой в одной комнате, однако проявили великодушие и дали согласие. Рекомендую подумать, как будет выглядеть твой отказ, если предпочтешь их великодушие ночевке со скотом.
Томке хватило ума не спорить.
- Хорошо, я с благодарностью приму заботу сестер. – спокойно ответила она и улыбнулась, но в ее глазах Виколот не увидел даже доли покорности, только презрение и насмешку.
- Не забывайся! – тихо прошипел мужчина.
- Ну что вы, Брат Виколот, - она тоже слегка наклонилась к нему: - Я восхищена добротой и самопожертвованием сестер, особенно Иваи.
Его каре-зеленые глаза сверкнули.
- Пойдемте, я провожу вас.
- Я возьму бурдюк с водой.
- Зачем? – недоверчиво спросил он.
- Вода старая, можно умыться, а завтра набрать свежей воды.
- Принесу сам.
