Пока болтали, пили свежий сваренный отвар, съели поделенные вкусности, пришло время вставать. Томке и Чиа тоже перепало несколько слив и даже целый апельсин. Семья наблюдала, как Тамаа, высунув язык, чистит толстую кожуру. Заметив, что больше ни у кого апельсина нет, Тома вздохнула и поделила его на дольки, чтоб хватило всем.
- Разберем тайкам по долькам,
Он ведь маленький настолько,
что всем достанется кусочек,
съешь который за разочек. - придумала она на ходу.
- Нет, я не устаю восхищаться! – снова подколол Виколот.
- Заметьте, кроме одаренности, я еще не жадная! А кто будет придираться, останется со шкуркой, чтобы не повадно было меня дразнить. – ответила Тамара.
Все замолчали, но от маленького кусочка, который съешь за разочек, почему-то никто не отказался. Видя, как Пена и Ивая на нее косятся, Томка скривила улыбку:
- В большой семье рот не разевают, а то птичка унесет.
- Ага, так и отдам. – покосилась на нее Ивая.
- Тогда ешь и не вредничай.
- Пф! – выразила сестра презрение, но сиротливая долька исчезла у нее во рту.
- А что за птички? – робко спросила Чиа.
- Да летают тут талантливые, одаренные, яркие, которые прут все самое ценное, да, Ивая? – поддела Тома.
- Угу, еще и нахальные.
- С таким талантами зачем птичке скромность? У нее и так много достоинств! Если еще и скромность добавить, тогда станет совершенством.
- Нет, к счастью, скромности у птички нет, и не быть ей совершенством. – вставила слово Пена.
- Не волнуйся, птичка это как-нибудь переживет. - шуткой дерзила Тома.
- Вы еще язык друг другу покажите! – поддел Млоас.
- Не надо! Пошлите собираться. – остановил ссору Долон, но пока он отвернулся, Ива и Томка успели скорчить козьи морды.
- Ну, как дети малые! – покосился на них Виколот. – Только попробуйте потом пожаловаться друг на друга.
- И что будет? – поинтересовалась Ивая.
- На следующем дворе обоих запру в махонькой комнате и не выпущу до отъезда. Или повыдираете друг дружке волосы, или научитесь себя нормально вести.
- Потрясающе мудрое решение! – сыронизировала Тома.
- Зато простое и действенное! Раньше их двое было. – Виколот кивнул на сестер. – А теперь еще и ты с норовом. Как подумаю, что вы можете учинить от большой любви друг к дружке, хочется всем троим рот заткнуть.
«Мдя, довели сестрицы мужиков!» - подумала Тома и посмотрела на Иваю, которая косилась на нее.
- Быстро собираться, чего расселись! – рявкнул старший брат, и в семье снова воцарились мир и согласие.
Каменистая пустыня теперь все чаще перемежалась зелеными участками: поросшими низкорослыми кустарниками, колючими деревьями и редкой травой. Чем дальше они двигались, тем больше попадалось на глаза зелени и неприхотливой поросли.
К вечеру караван добрался до небольшой деревни. По пути к ней встретилось огромное, раскидистое дерево, которое выглядело весьма странно. Издалека казалось, что оно шевелится. Томка на зрение Тхайи не жаловалась, но все же не могла разобраться и понять, что не так. А когда к дереву приблизились, сильно удивилась, потому что на ветках стояли козы! Черные, белые, пятнистые лопоухие животные добрались до самого верха и с аппетитом объедали желтые плоды. Она всю жизнь считала коз упрямыми, бодающимися животными, но, что такие лазучие, представить не могла. Одна коза боднула другую, и та рухнула на голые камни спиной. Тома думала, что козочке пришел конец, однако та бодро встала, отряхнулась и как ни в чем не бывало, направилась к другому дереву.
«Мир ненормальный, и козы такие же! И свиньи-мутанты наглые!» - порванную тунику было жалко, и Тамара всю дорогу раздумывала, как отомстить Сахе - пакостнику. А он, топая своим ходом по раскаленным камням, думал, как наподличать ей. Однако она, будто чуяла настроение Сахатеса: повернулась в его сторону и выждав, пока он обратит на нее внимание, погрозила пальцем. Он сделал вид, что не понимает причин ее придирок, и тогда Тома показала кулак. Сахатес обиженно фыркнул и побрел дальше, браня Долона и мечтая нагадить ему на одеяло. Месть, конечно, выглядела бы весьма жалкой и глупой, но большего он придумать не мог. Воплотить даже этот мелочный план он боялся, потому что с Братом шутки плохи: кто знает психованного Долона? Может от ярости совсем разойдется, отлупасит им же обгаженным одеялом и заставит вот таким и идти. Вздохнув, Саха опустил голову и потащился дальше. Одна только Чиа жалела его и всю дорогу бросала перед ним кусочки лепешек, которые он с удовольствием находил и съедал.
Ло смотрел на них и делал вид, что не замечает: чем бы эти двое не тешились, лишь бы проблем не доставляли.
Постепенно живности стало больше, жители стали встречаться чаще, поэтому Сахе разрешили вернуться в повозку, но Ло предупредил: еще одна выходка, будет пешком идти без перерыва и спать на голой земле. Сахатес уже понял, что обещания свои Брат выполняет, поэтому смиренно потупил глазки, а потом, когда Долон отошел, положил морду на колени Чиа. Девочка обрадовалась, что у нее появился компаньон, и принялась его нежно гладить и обмахивать платочком.
