Недалёкое будущее. Место, в котором вымерли животные и растения, а люди научились питаться неорганическими веществами. Фрида Лэнг, молодая журналистка, уговаривает редактора отправить её в табуированную общину: клан каннибалов агхори, чтобы впервые за новую историю написать честный репортаж о тех, кому выпала доля утилизировать мёртвых.
========== 1 ==========
– Милочка, – главный редактор остановился только для того, чтобы снова подуть на бережно протираемые очки, – Давай-ка сначала. Всё это нелепое предложение. Я лучше сам озвучу, чтобы ты услышала со стороны. Ты хочешь писать статью об агхори?
– Да, – Фрида титаническим усилием подавила в себе желание нахмуриться на это снисходительное «милочка», – Да, я хочу писать статью об агхори.
– Ты, верно, умом тронулась, детка. На солнышке перепеклась или что, точно не знаю, но…
– Мистер Сэндлер, сэр, – Фрида выпрямилась, сверкнув глазами, – Агхори – запретная тема, и я хочу выяснить о них всё, что можно.
– Так иди в библиотеку.
– Нет, я хочу побеседовать с ними лично.
– Молодая ещё, глупая. Дерзкая, но глупая. Сожрут тебя там, а я отвечать буду? – очки вернулись на прежнее место – на переносицу законного владельца.
– Вы же знаете, что агхори не убийцы, сэр.
– Да? А почему к ним никто не суётся, в таком случае?
Фрида задумалась. Отвращение? Шок? Табу? Какую версию озвучить?
– Но ведь в этом и есть суть журналистики: лезть туда, где ещё никто не был.
– Это ты путаешь с экспедициями, милочка. Хватит тратить моё время, иди работать.
– Сэр! – голос девушки прозвучал чуть громче и чуть выше, чем она рассчитывала, – Если у меня получится наладить с ними контакт, Вы получите нечто невероятное! Или рейтинги для нашего издания ничего не значат?
– Тебе что, так надо получить щелчок по носу? – лицо главного редактора выразило усталость такого уровня, будто он целыми днями спроваживал от агхори не менее пятидесяти кандидатов, – А? Молчишь? Так надо обломаться, так надо рискнуть, так надо остаться ни с чем и развеять свои романтические идеалы по части нашей профессии?
Девушка не ответила, только сжала в кулаке кулон на серебряной цепочке.
– А знаешь, наверное, иначе ты не поймёшь, что почём в этом мире, – мистер Сэндлер дотянулся до телефона, набирая номер, – Алло, Барри? Барри, ни за что не угадаешь, за коим я звоню. Скажи, когда ближайший медосмотр у местных агхори? Нет, я не прикалываюсь. Зачем надо? Ну-у… У меня тут в конторе дочка Люэнга. Да, того самого Адама Лэнга. Нет, она не фотограф, но тоже ищет приключений… Послезавтра? Пустишь её по пропуску редакции? Конечно, не факт, что она реально пойдёт, но мы же должны поощрять молодое поколение, верно?.. Что ж, спасибо, Барри. До скорого.
Всё это время Фрида изо всех сил старалась не шевелиться, и, надо сказать, блестяще с этим справлялась.
– Послезавтра, – главный редактор шустро отбил сообщение на смартфоне, – Вот по этому адресу будут выборочно проводить медосмотр агхори. Я договорился с Барри – для тебя он мистер Пикерман – моим школьным товарищем, чтобы тебя пропустили. Дальше будешь налаживать контакт сама, никто тебя за ручку не поведёт. У тебя день на то, чтобы получить их ответ. Как только получишь – звони мне.
– О, Боже, сэр, я…
– Погоди, – загорелая ладонь взметнулась на уровень плеч, – Пообещаешь мне кое-что.
– Сэр?
– Если агхори пошлют тебя куда подальше, или, того хуже, вернёшься от них вся зарёванная, я, во-первых, не буду оплачивать твоё лечение, а во-вторых, если ты останешься в здравом уме, милочка, то начиная с того момента будешь делать материалы исключительно по тем темам, которые дам я. Безо всяких… – он потряс рукой, словно избавляясь от налипшего кусочка пищи, – Вольностей. Договорились?
– Да, сэр!
– Славно. А теперь брысь, звезда журналистики, тоже мне…
Выйдя за дверь, Фрида тут же щёлкнула потайной кнопкой в кулоне:
– Я сделала это, пап!
С маленького фото на девушку глядел усатый мужчина с точно такими же горящими глазами. Он был одет в форму-полёвку: фото из одной из «горячих точек».
– Обещаю, – улыбнулась изображению Фрида, – Я не посрамлю твоё доброе имя!
Весь следующий день девушки превратился в одно сплошное ожидание. Фрида порхала по маленькой квартирке, выверяя и перепроверяя содержимое походного рюкзака, пока оно не стало соответствовать требованиям среднестатистического набора для выживания в случае наступления Апокалипсиса.
Видимо, девушка носилась со сборами с достаточной скоростью, поскольку вполне обоснованные сомнения смогли добраться до неё только тогда, когда настало время спать.
Рюкзак собрала. Целый рюкзак, подумать только. А ведь ей ещё даже «да» не сказали.
Фрида мимоходом подумала о том, что похожа на девушку, которой улыбнулся парень, а она через пару часов уже заявилась к нему на порог с чемоданом в руке. Полная боевая готовность, хотя никто и не просил.
Впрочем, чего в этом странного? Отец сызмальства учил её держать ушки на макушке. «Никто не знает, где скрывается твой лучший кадр» – бывало, говорил Адам Лэнг, возясь со снимками в свете специальной красной лампы. Эта порядком устаревшая процедура всегда казалась Фриде некоей магией, и она зачарованно смотрела на то, как на сушащихся листах фотобумаги медленно проявлялись изображения.
