– Папа говорил, что заметки от руки это разновидность магии, – пояснила Фрида, стенографируя «Врачи закрывают лица масками, чтобы скрыть от агхори свои эмоции».
Мало того: весь медперсонал проявлял невероятную суетность, словно им не терпелось поскорее убраться отсюда восвояси.
– А что здесь? – девушка указала носком кроссовка на готовые к переносу ящики.
– Витамины разных видов, здесь – батончики. В связи с… диетой, некоторых питательных веществ агхори не хватает.
– А это что, алкоголь? – Фрида услышала мелодичный перезвон бутылок.
– Нет, это горькая настойка для… аппетита.
– Для аппетита?
– Ну… – Барри скрестил свои толстые пальцы, – На самом деле, однообразная диета это большое испытание для организма.
– Ясно, – Фрида с деловым видом сделала пометку в блокноте, – А что за отсек вон там? Где свободно от ящиков.
– Мы планируем провести психодиагностику. Выборочно. Нет ли признаков депрессии, агрессии… А вон там возьмут кровь. Состав витаминов будет корректироваться в зависимости от него.
– Агхори выписывают антидепрессанты?
– Крайне редко. Антидепрессанты снижают аппетит. Если и выписывают, мы добавляем к ним L-карнитин и комплекс кислот, чтобы…
– Чтобы они чувствовали голод и продолжали есть, я поняла.
– Знаю, это может показаться жестоким, но такова общественная необходимость.
Обычно подобное словосочетание заставляло Фриду преисполниться чем-то вроде патриотизма, но сейчас «общественная необходимость» почему-то мягко соскользнула с её нутра, стекая на дно души в виде совершеннейшего ничто.
Надо собраться. Объективность в первую очередь. Только факты, как и учил папа.
Так что девушка кивнула, обводя в кружок пресловутый L-карнитин.
– Идут, – в палатку заглянула одна из медсестёр, – Быстрее начнём – Быстрее закончим, да, ребята?
Её коллеги закивали с энтузиазмом, далёким от обычной вежливости. Все, кто может, держатся от агхори подальше. Родители учат детей не замечать табуированную касту, как бородавку на лице или дальнего родственника, и Фрида, признаться, и сама не рассматривала их как следует. Вот и дебют.
Полог палатки отодвинулся, но девушка не смогла переступить через себя и отвела глаза. И тут же пожалела об этом, но быстро успокоила: в конце концов, пялиться тоже не слишком-то вежливо.
Загорелые и поджарые тела вошли по одному, распространяя едва уловимый сладковатый запах. Фрида догадывалась, что это за аромат, но отказывалась признавать это на каком-то поистине детском, примитивном уровне. Мол, закроешь глаза – и всё превратится в сон, а не в реальность.
Но поздно. Дорога назад легка, но это позор. Так что Фрида, припомнив, что за отец дал ей такое имя, мужественно отскребла взгляд с пола.
Она ожидала увидеть мясников в нестиранной одежде, покрытой коркой крови, но агхори оказались достаточно опрятными.
Двое мужчин и женщина, все поджарые, но не хмурые.
– Не решили поставить протез? – вопросила одна из медсестёр, осматривая лицо рыжей. Та отрицательно покачала головой:
– И так сойдёт.
Пока остальные сгребали ящики на тележку, напоминавшую транспорт рикши, Фрида поймала себя на мысли, что выбирает, какой из мужчин выглядит наименее опасным. В итоге она подошла к тому, который задержался в палатке дольше всех, возясь с ящиком горечей.
– Эм… Простите.
Агхори поднял на неё глаза:
– Что?
– Я… Меня зовут Фрида Лэнг, – девушка хотела было протянуть руку, но что-то внутри неё орало не прикасаться к собеседнику, – Я из газеты «Дэйли Санрайз».
Чувствуя её неловкость, агхори переместил ящик на плечо:
– Кто-то умер?
– Что? А, нет, я не за этим, – девушка разнервничалась ещё больше и выпалила, – Отведите меня к вашему лидеру.
Да уж, хуже не придумаешь. Будто инопланетянин из какого-то старинного фильма.
– Зачем? – заинтересованно наклонилась вбок голова на жилистой шее. Из-за уха показалась пара выбившихся из хвоста афрокосичек.
– Я хочу сделать репортаж об агхори. Взгляд изнутри.
– Это шутка?
– Нет, сэр, – ответила девушка, испытывая какое-то двойное дежавю. Ещё больше изумляла нормальность этой реакции.
Бред, Фрида, ты же не думала, что они рычат и лают, раз едят мясо?
Двухметровый гигант раздумывал некоторое время, но всё же кивнул:
– Следуй за мной. Если босс разрешит – мы не против. Эй, Чита, пододвинь витамины, барышня едет с нами.
– Чего? – явно удивилась рыжая.
– Она хочет видеть босса.
– Умер кто? – покосился из-за мешков второй мужчина.
– Не, она хочет сделать о нас репортаж.
– Это шутка такая?
– Реально репортаж! – не выдержав, всплеснула руками Фрида. Вся троица тут же сфокусировалась на ней, и девушка заметила, что лицо рыжей женщины пересекает повязка, совсем как у пирата.
– Кхм… То есть я хотела попросить разрешения у вашего босса, – неловко улыбнулась журналистка, вонзая ногти в корешок блокнота.
Только этого не хватало – чтобы они разозлились. Агхори свободные граждане, и их единственная обязанность – утилизация тел. Если захотят, откажут прямо здесь, и на этом всё.
Но…
– Залезай, – рыжая свернула вчетверо мешковину, делая сидение среди ящиков, – Как тебя зовут?
– Фрида.
