Пройдя сумрачными переходами, Рионар открыл дверь и вошел в покои императора Артиана. Сын не сумел сдержать восторженной улыбки при виде отца, которым вопреки всему искренне восхищался. Император был для него идеалом, но еще мальчиком он понял простую истину — Артиану плевать на людей и на их мнение. Его не зря называли безупречным правителем, он и был абсолютно безупречным, но только Рионар знал, что под извечной маской равнодушия, срываются кипящие эмоции. Любовь его отца порой обжигала как ненависть, и Рионар не мог не признать, что во многом повторяет императора. Особенно в отношении жестких мер в борьбе за власть. Артиан еще в начале своего правления избавился от парламента, и перевел монархию в абсолютную, оставив лишь кабинет министров и двух советников, но глядя на этого высокого и необыкновенного человека, Рионар не сомневался, что отец правит единолично.
— Рионар, — император поднялся, сделал несколько шагов навстречу сыну, Дархарз и сам с радостью обнял отца. — Ты с дороги сразу ко мне?
Несмотря ни на что император в первую очередь относился к Рионару как к сыну, а потому и заботился о нем соответственно. Молодой человек едва успел кивнуть, как для него тут же был подан ужин, и отец рассказывал о дворцовых новостях, пока Рионар был занят едой. Спустя полчаса они удобно устроились в креслах перед камином.
— Должен заметить, что безумно рад твоим успехам в Академии, — Артиан подмигнул сыну, — и успехам не только в учебе.
— Благодарю, приятно знать, что твои шпионы отрабатывают свой хлеб.
Император хмыкнул — он не считал нужным скрывать тот факт, что за Рионаром следят, как и то, что считает это вполне естественным.
— Мне так же поведали любопытную историю, про спасение юной белокурой иссы, которая должна была исчезнуть! — с неожиданным нажимом проговорил Артиан.
— Я так и понял, что это твои люди. — Рионар нагло улыбнулся, — хотя и был удивлен, что ты действуешь столь грубыми методами, это как-то не вяжется с тем тонким и изощренным стилем, который ты обычно применяешь.
— Рионар, эта девушка важна для тебя? — император как всегда зрил в корень.
— Более чем. — На лице темноволосого бога не дрогнул ни единый мускул, черные глаза оставались непроницаемыми, но Артиан понял сына.
— Исса Лариора поведала о прекращении паломничества молодых женщин в твою спальню, это связано с ней?
— Полагаю, вы знаете ответ.
— Рионар, — император отбросил маску радушия, и теперь на Дархарза смотрел не заботливый отец, а монарх, — Айрин Вегейрос опасна для твоего будущего. Не возражай! Просто выслушай! Ты видел иссу Кимору? — Рионар кивнул, — бабуля была любовницей твоего деда четырнадцать лет. И все это время она правила Такасской империей, а твой дед был слишком ослеплен ее красотой, чтобы противоречить указам молодой любовницы.
— Только не говори… — начал Рионар.
— Нет, вы не родственники. Мать Айрин, исса Ориниана была рождена до того, как исса Кимора прибыла ко дворцу. Должен признать политик из иссы Киморы великолепный, но она не действует во благо империи, только во благо собственного величия. После смерти твоего деда я встал у руля разбитой лодки, в которой были пробоины, ты знаешь, что я что мне пришлось пройти, дабы сделать Такассу вновь сильным государством, но был момент, когда я готов был сдаться, точнее на благо государства мне было плевать.
— Исса Ориниана? — догадался Рионар, — на тот момент ей было лет семнадцать?
— Шестнадцать, — на лице императора промелькнуло выражение, которое Рионар видел впервые. Высокий, светловолосый Артиан походил на классического солнечного бога, лишь глаза были необычного кошачьего разреза, и цвет был неожиданно для блондинов, черный. Глаза стали единственной чертой, которую Рионар унаследовал от отца. Но сейчас во взгляде императора было столько нежности и любви, что темноволосый бог невольно позавидовал той, которая видела императора вот таким. — Она отвергла меня, — продолжил неожиданно резким голосом Артиан, — сбежала из дворца, фактически из моей постели! Я слышал, что она вышла замуж за мелкого дворянина, и жила с ним в Лиассии.
— Две первые войны в начале твоего правления… — тихо прошептал Рионар.
— Да, я был зол! Исса Кимора была лишена почти всех земель, и инстинкт самосохранения заставил ее скрыться с моих глаз. Но, сын, оглядываясь назад, я понимаю, что должен быть благодарен той юной белокурой девушке. Останься она тогда… за одну ее улыбку я готов был передать управление государством ее матери. — Артиан иронично усмехнулся, — говорят, что первая любовь не забывается, Ориниана не была первой, но запомнилась единственная.
— Ты опасаешься, что исса Кимора специально столкнула нас?
— Нет, сын. Смотри глубже. Здесь не ты пешка в игре, ты скорее досадный посторонний фактор. Мало кто знает, что ты мой сын, и так должно быть до окончания Академии. Лишь когда примешь пост Первого советника, я признаю тебя официально.
— Знаю, мы говорили об этом. Но что с Айрин?
