Увы, Дэймиону я это рассказать не могла. Поэтому просто ответила на его вопрос, своевременно вспомнив, что тот знаком с моим братом и решив не выходить из роли Рики Вейс, «из безтитульных и безземельных дворян, брак с которой никому не интересен», — с ехидством добавила я про себя.
— Помочь однозначно попытается, если это не повредит интересам короля, — задумчиво ответила я, довольно точно описывая предполагаемое поведение названного дядюшки.
А потом все-таки не выдержала и спросила:
— А для тебя, когда полюбишь, будет иметь значение происхождение любимой?
Я знала, что перехожу рамки, но удержаться не получилось. Последние несколько минут этот вопрос так и вертелся у меня на кончике языка. Спросила, и тут же захотела прокрутить время назад — не надо, ох не надо выяснять такие вещи — слишком личное. Сейчас он меня пошлет — вежливо, и подальше, и будет прав.
Дэймион даже не повернул голову, продолжая смотреть на огонь. И когда я уже подумала, что мне не ответят, он заговорил.
— Трудный вопрос. Если скажу, что — нет, ни малейшего значения, это будет всего лишь полуправда. Для меня — Дэймиона — происхождение безразлично, а для меня — представителя рода Дараш — оно имеет огромное значение, потому что я несу определенную ответственность перед семьей, и от этих обязательств, наложенных моим происхождением, меня никто не освободит.
Я вздохнула — как и любой девушке мне страшно хотелось услышать восторженное «любовь важнее всего!» — поэтому, получив очень прагматичный ответ Дэймиона, я разочарованно фыркнула:
— Обязательства превыше чувств? Какой разумный и… хладнокровный подход.
Парень насмешливо посмотрел на меня, заломив бровь неверный свет от колеблющегося на ветру заострил черты его лица, а блики от пламени костра придали его лицу чуть ли не Мефистофелевское выражение.
Мне стало… стыдно. Чего я пытаюсь от него добиться? Чтобы он ответил так, как хочется мне, внезапно охваченной романтикой ночевки у костра и все еще перевозбуждённую из-за драки, погони, несостоявшегося похищения? Дела говорят громче, чем слова, и пусть Дэймион хоть сто раз покажет себя сухарем и прагматиком, но он уже дважды спас меня, не побоявшись ни опасности, ни неизвестности, и не страшась последствий. Он просто сделал, что считал нужным, молча, без громких слов. А я достаю его детскими «а что, если…»
— Извини, — покаялась я.
— За что? — удивился Дэймион.
Я неопределенно пожала плечами:
— За глупые вопросы.
Парень кивнул, принимая мои извинения, и опять уставился на горящий костер. Мы сидели в полной тишине, и я вся истомилась от тягостного молчания. Вспомнился пруд у деда в парке, зеленоглазый Норвей, сорвавший для меня цветок и то, как наше с ним молчание было наполнено гармонией и совершено не тяготило ни его, ни меня. Я мечтательно закрыла глаза, пытаясь расслабиться, но уже через секунды их открыла — сидеть на одном месте я просто не могла.
— Светает, — раздался негромкий голос моего спутника.
Действительно, в небе появились новые полутона — забрезжили золотистые отблески восходящего светила, все вокруг посветлело и приобрело жемчужно-серый оттенок, и вскоре на горизонте появился край жёлтого диска восходящего Яроса.
Я огляделась — мы находились на берегу моря, у самой кромки густого леса, слева — скалы и за ними — начинавшие виднеться вдали горы, справа — пустой каменистый берег. Море, а может, океан, неторопливо накатывался на берег небольшими волнами, но купаться в этой зелено-серой воде не было никакого желания.
— Где мы? — повернулась я к своему спутнику.
Дэймион не ответил, напряженно вглядываясь в горизонт. Он продолжал молчать, и я подошла к нему поближе, заглянула в лицо, пытаясь понять, почему он весь внезапно напрягся.
— Храшш, — со злостью пробормотал Дэймион, — такого я не ожидал.
— Не ожидал — чего? — подтолкнула я замолчавшего парня.
— Хотелось бы мне ошибиться, но я почти уверен — нас выбросило на Дор Талаш, — он искоса посмотрел на меня, но мне слова Дор Талаш ничего не говорили — в учебниках я про это место не читала, в разговорах оно не упоминалось.
— И..? — решила уточнить я.
— И, похоже, нам придется потрудиться, чтобы отсюда выбраться, — Дэйм с любопытством посмотрел на меня, — ты что, действительно, ничего об этом острове не знаешь?
— Теперь знаю, что это — остров, — пошутила я, но отклика не увидела, парень даже не улыбнулся. Я тут же добавила:
