И тогда три поколения Бореев образовали магический круг и, опустошив себя до последней капли магии, задействовав жизненные силы и полностью исчерпав себя, смогли уничтожить бУльшую часть вражеского войска, давая возможность молодому отцу спасти семью королевский род. Норандир обернулся в дракона и, прикрываемый остатками охраны, сумел вынести жену с ребенком — на своей спине. Но, — увы! — принц был ранен стрелой из мертвого ифрида, буквально высосавшего насухо его за время полета до материковой части королевства, перелёта в одиночку, ибо немногочисленные выжившие охранники осталась на острове сражаться с захватчиками, а единственный сопровождавший его дракон не смог долететь, обессилив от ран, которые получил, прикрывая своего, — теперь уже, короля, — от стрел и боевых заклинаний врагов.
Норандир так и не смог оправиться и через год угас, оставив страну на руках своей королевы и Совета Старейшин.
Дэйм повернулся и, первый раз за время рассказа, посмотрел на меня.
— Нас случайно выбросило на этот остров, скорее всего, когда я вмешался в твое похищение, наложились вектора обоих задействованных переносов. Как ты уже поняла, открыть отсюда портал я не могу.
— А что же делать? — заволновалась я.
— Тут должен быть пост охраны, около шахт. Найдем их и попросим помощи.
Дэймион осмотрел скалистые берега, лес за нашими спинами и решил:
— Я не знаю, где его искать, давай выберем высокую скалу и попробуем осмотреться с ее вершины.
Просидев на покоренной вершине часа четыре, не меньше, Дэймион, наконец-то слез вниз. Я уже начинала нервно подпрыгивать от нетерпения и, честно сказать, от страха. Когда парень полез наверх, а я осталась совсем одна, на меня накатило: вокруг никого нет, одни только дикие звери, скалы, лес и море. Зверей я, правда, пока никаких не видела, но Дэйм же не просто так развел костерок и велел мне поддерживать огонь. Кстати, на разжигание костра нашей магии хватало, а вот при попытке создать более сложное заклинание, магия начинала чудить или вообще не срабатывала — потенциал заклинания как будто уходил в землю, и приходилось срочно прекращать подпитку наложенных чар, потому что они продолжали пылесосом тянуть магические силы.
Сейчас Дэймион ничем не напоминал ухоженного и даже щеголеватого парня, которого я привыкла видеть в университете. Он отряхнулся и устало присел к костру, вытянув ноги и оперевшись спиной на валун, который защищал огонь от разыгравшегося ветра.
Я, не дожидаясь, когда он что-либо скажет, проговорила:
— Прости меня, Дэймион. Я до сих пор не поблагодарила за мое спасение. Огромное тебе спасибо!
Парень улыбнулся, коротко склонил голову, обозначив лёгкий поклон, и вежливо произнес:
— Рад, что смог прийти на помощь.
И продолжил:
— Вышку поста я нигде не заметил. Но видел силуэты летящих драконов — на противоположной стороне острова. Шахты, скорее всего, там, у подножия горы.
Я с тревогой окинула взглядом густой лес: за исключением скалистого берега, он занимал все обозримое пространство.
— Мы пойдем вдоль берега? — с надеждой спросила я.
Но Дэйм отрицательно покачал головой:
— Нет, попробуем срезать напрямую. Недалеко отсюда в море впадает река, дойдем до ее устья и поднимемся вверх по течению. Её истоки как раз у нужной нам горы, туда мы и направимся.
Дэйм поднялся и начал тушить костер, коротко приказав мне:
— Собирайся.
Мы прошли по берегу, вскоре наткнулись на небольшую речку и двинулись вдоль ее русла. Дэймион первым вступил под сень леса, и я, вздохнув, потянулась за ним.
Алька любила собирать грибы и постоянно пыталась приучить меня получать удовольствие от походов за ними. Но меня вечно доставали комары, беспокоили потенциальные клещи и снующие под ногами ужи, которых я всегда принимала за ядовитых змей. В итоге, истинное удовольствие от наших походов получала только сестра. В общем, на Земле, отношения с лесом у меня не складывались. Так что, вступая под сень его Дор Талашского собрата, подспудно я не ожидала ничего хорошего.
Но мы шли и шли, почти не разговаривая и не останавливаясь, и ничего плохого с нами не происходило. Ни гнуса, ни змей, я даже кончика хвоста какой-нибудь живности не увидела ни разу. Спусти часов пять, Дэймион, шедший впереди, остановился:
— Надо присматривать место для ночлега.
Я удивилась — Ярос пока еще не сел, света было достаточно, зачем так рано останавливаться на ночлег?
Но Дэйм, надо полагать, знал лучше меня, как выживать в диких лесах, поэтому я нисколько не возражала, когда на следующей же прогалине он скомандовал остановиться. Я облегчением устроилась на сваленном полусгнившем бревне, давая роздых ногам и выжидательно поглядывая на парня, готовая следовать его указаниям по устройству бивуака. Мои знания ограничивались тем, что надо набрать хвороста и разжечь костер.
Дэймион сумел наловить рыбы, и мы нанизали ее на палочки и сделали что-то типа рыбных шашлыков. Готовка досталась на мою долю, а Дэйм пошел и наломал пушистых веток, чем-то напоминавших лапник, но с более мягкими и длинными иголками.
