— Какая нам разница, активируй свое кольцо и возвращай нас в Вейск, пойду в ректорат разбираться — напали-то на меня на территории университета. Уверена, в ректорате уже и начали следствие — это же вопиющие нарушение студенческого контракта, — я возмущенно и совершенно не «по-принцесски» хлюпнула носом, с недовольством отметив два факта — я простудилась, и Дэйм все равно не знает, что я принцесса. Подобающие принцессе манеры Жандарм Этикет уже вколотил в меня с жестким деспотизмом умелого дрессировщика, но сейчас я ведь леди Вейс? Так что нечего и переживать — простушка Рика вообще не в курсе принятых в высоком обществе политесов. Попутно мелькнула одна хулиганская мыслишка, но я решила, что вытирать нос рукавом будет чересчур даже для «не интересующей никого в плане брака сиротки-провинциалки». Потом спохватилась и погрозила себе пальцем — хватит уже одно и то же мусолить но, видно, слишком уж меня задели «мысли вслух» моего спутника!
Да я и без всякого наследства и связей получше многих! Алька, конечно, не в счет — сестра в моем рейтинге всегда на первом месте, а вот если сравнивать с заносчивой леди Таей… Но, щелкнув по длинному носу ущемленного самолюбия, я вернулась к тому, что продолжало подспудно тревожить все это время:
— Надеюсь, что с Ардом все в порядке. Я даже не ожидала, что он так отважно броситься меня защищать, — сказала я.
Дэйм пожал плечами:
— Ард поступил, как должно, — спокойно ответил он. Потом внимательно посмотрел мне в глаза:
— Я правильно понял, что ты совершенно не представляешь, где мы очутились? Совсем не знаешь, что это за место — Дор Талаш?
В ответ на мой смущенно-подтверждающий кивок, Дэйм опять повернулся к морю и, заговорил — негромко, словно вспоминая:
— Дор Талаш, место гибели трех поколений королевского рода Бризара. А представитель четвертого, отец нынешнего короля Бризара, — только что ставший отцом, молодой «Счастливчик Норандир», как его звали, — настолько пострадал в битве, что угас в течение года после прекращения войны, так и не оправившись от магического истощения и ран, вызванных оружием из мертвого ифрида.
— Какого ифрида? — не поняла я.
Дэймон, продолжая задумчиво смотреть вдаль, негромко проговорил:
— Почему-то мне казалось, что эти события знакомы всем, ведь как пример безумия, способного охватить разумных, это одна из самых печальных и поучительных историй нашего мира.
Я поежилась от внезапно налетевшего прохладного ветерка и от чувства неловкости, что в глазах спутника я выглядела необразованной глупышкой.
— Тут произошла последняя битва в стодневной войне. Богатейшее месторождение ифрида, находящееся тут до сих пор, и было той целью, которую преследовала объединенная армия людей и эльфов.
Дэйм рассказывал, и у меня перед глазами проходили видения произошедшего сражения, ожесточенной борьбы, страданий, пролитой крови и беззаветного героизма.
Они шли и шли через выстроенные магами пространственные переходы — отряд за отрядом, все новые и новые воины. Драконы стояли насмерть — но охраняли они не столько шахты с ифридом, сколько малый летний королевский дворец, в котором собрались почти все представители правящего рода Борей — все четыре поколения, праздновавшие рождение пятого. Новорожденный принц Даронир, сын Норандира, появился на свет в ночь Высокой Луны третьего летнего месяца. Его Величество Алфей с сыновьями, его внук и правнук — все прибыли на празднование этого события.
Дор Талаш, самый удаленный от человеческого материка остров, считался самым безопасным и хорошо защищенным. И, как это часто бывает, никто не ожидал того, что произошло. Ни с острова, ни на остров нельзя было попасть через телепорт — слишком большое количество ифрида искажало магические потоки и делало невозможным рассчитать вектор пространственного перемещения. Но эльфы создали артефакты из изобретенного ими мертвого ифрида, взяли для вторжения металл, добытый на этом острове и, с его помощью, пробили переход на Дор Талаш. Мертвый ифрид тянулся к родной жиле, стремился к вытеснить искусственно созданный в нем отрицательный заряд положительной энергией материнского месторождения — и пробивал пространственный коридор для перемещения.
Войска устремились, в первую очередь, к дворцу — жажда ли военной поживы, надежда ли захватить заложников, а может, диктат военной тактики, но к шахтам войска не пошли, они осадили дворец.
Обернуться во вторую ипостась и улететь у Бореев не получалось: мать новорожденного пока сделать этого не могла. Принцесса вообще еще не вставала с постели, ослабнув после родов, а перевезти ее с младенцем на драконьей спине становилось возможным только прорвав осаду и создав безопасный коридор для полета.
