Еще несколько шагов, и они наконец вошли в комнату Джедрик. Она в изнеможении прислонилась спиной к двери, не считая нужным и дальше скрывать усталость.
– Макки, ты становишься истинным досадийцем.
Он подошел к панели и выдвинул кровать:
– Тебе надо отдохнуть.
– Нет времени.
Да, она знала о шестидесяти часах, от которых до всеобщего конца осталось уже всего пятьдесят пять. Она не ожидала уничтожения Досади от “X”, но винила в этом только саму себя.
Макки обернулся и увидел, что Джедрик давно исчерпала все резервы своей выносливости. У нее не было усилителей мускулатуры, не было препаратов, обостряющих чувства, не было сложных вспомогательных устройств, которые Макки мог при необходимости использовать. У нее не было ничего, кроме великолепного ума и сильного тела. Однако сейчас она была на пределе своих возможностей. Но она не сдавалась. Это говорило о ее неиссякаемой целеустремленности.
Макки был до глубины души тронут тем, что она ни разу не упрекнула его за сокрытие угрозы существованию Досади. Она приняла как данность, что говачин в положении Арича мог уничтожить целую планету и склонить Макки к молчанию. Средства для этого у Арича были…
Альтернатива, которую она предлагала, внушила Макки большие опасения.
Он понимал теперь, что сделать это должен Пчарки: это была цена, которую старый говачин платил за сохранение своей жизни. Джедрик объяснила так:
– Он сделает это еще раз. Взамен мы выпустим его с Досади.
– Если он один из первых… Я хочу сказать, почему он просто не сбежал?
– Мы не дали ему тела, которым он смог бы воспользоваться.
Макки с трудом подавил чувство страха. Но история Досади, развернутая перед ним Кейлой Джедрик, недвусмысленно указывала на то, что в контракте с калебаном, который удерживал барьер, изолировавший Досади, была преднамеренно оставлена лазейка. На это недвусмысленно намекала и Фэнни Мэй. Он сможет бежать отсюда в чужом теле. Такова была главная цель эксперимента.
Новое тело вместо старого!
Арич рассчитывал, что это станет надежной приманкой для вовлечения Макки в говачинский заговор, позволит воспользоваться экстраординарными способностями Макки и его высоким положением в БюСабе.
Новое тело взамен его старого.
Единственное, что он должен был сделать, – это сотрудничать в деле уничтожения планеты и сокрытия истинных целей проекта, помочь создать другую секретную планету для обмена телами.
Но Арич не смог предвидеть, что Джедрик совершит вместе с Макки. Теперь их объединяли общая ненависть и общая цель.
Джедрик стояла у двери, ожидая его решения.
– Говори, что я должен делать, – сказал он.
– Ты уверен, что хочешь…
– Джедрик!
Ему показалось, что она сейчас заплачет. Она не пыталась скрыть слезы, просто подавила плач, сделала его настолько незначительным, что слез можно было и не заметить. Когда она заговорила, голос ее был, как всегда, звучным и звонким:
– Видишь панель рядом с кроватью? И задвижку?
Панель отъехала в сторону, открыв два светящихся стержня диаметром около двух сантиметров. В них мерцала та же энергия, что и в прутьях клетки Пчарки. Стержни выступали из пола, изгибались под прямым углом на высоте человеческого пояса. Когда панель открылась, они завертелись, вытягиваясь в комнату, – два вертикальных шеста на расстоянии около метра друг от друга.
Макки смотрел на них во все глаза. В груди стало тесно и холодно. Что, если он неправильно понял Джедрик? Можно ли верить досадийцам, кем бы они ни были? Эта комната была ему уже знакома не хуже, чем его кабинет в Главном Центре. Именно здесь Джедрик преподала ему главные уроки досадийской жизни. Но… он понимал схему того, что она предлагала. Выброшенное тело с донорским эго всегда немедленно убивали. Почему?
– Ты все узнаешь, когда мы это сделаем.
Типично досадийский ответ: двусмысленный и очень неоднозначный.
Он оглядел комнату и не мог подавить удивление: неужели он знает это помещение всего несколько дней? Он снова посмотрел на светящиеся стержни. Еще одна ловушка?
Он понимал, что даром тратит драгоценное время, что надо решаться на действие. Но каково будет оказаться в теле Джедрик, нося ее тело так же, как он сейчас носит свое собственное? Пан-спекки умели переносить эго из одних тел в другие. Но с донорами при этом происходили какие-то немыслимые и неизвестные вещи.
Макки судорожно вздохнул.
Это надо было сделать. У них с Джедрик была одна цель. У нее было много возможностей использовать Пчарки просто для того, чтобы бежать отсюда, или для того, чтобы продлить себе жизнь… тем же способом, каким, как он теперь понимал, Брой использовал досадийский секрет. То, что она ждала Макки, заставило его поверить ей. Сторонники Джедрик верили ей – несмотря на то, что были досадийцами. Если ему и Джедрик удастся бежать, то Аричу придется столкнуться с абсолютно другим Макки, какого он не знал, а не с тем Макки, которого он, как невинную жертву, отправил в Чу через Окраину. Может быть, им удастся остановить Арича.
