Темно-алые половицы местами скрипели. Дорогое убранство кричало о том, где они сейчас находятся: роскошные люстры, ковры и антикварная мебель с разнообразными резными узорами. Коридоры петляли, и по мере их пути Джина насчитала десять комнат, мимо которых они прошли. И это они только в коридорах.
– Здесь нет окон? – Шепнула она Хуа Мэй. Та кивнула.
– Император предпочитает освещение огнем солнцу или электричеству. Тут везде камины. В каждой комнате.
Наконец они остановились у узкой лестницы в конце коридора.
– Дальше вы без меня. – Поклонилась Хуа Мэй.
– В каком смысле? – Напряглась Андреа.
– Мне приказали довести вас до сюда, дальше вы сами. Но я буду ждать у входа. Благословит вас Богиня.
Она ушла, не ответив больше ни на один вопрос. Делать нечего, пришлось подниматься.
Дверь наверху лестницы привела в пустой тронный зал.
Просторный, усыпанный дорогущей черной мебелью по бокам, но основное пространство оставалось нетронутым. В глаза бросался камин, встроенный в правую стену. Обычный, каменный, в котором потрескивал огонь – единственный звук, эхом раздававшийся в помещении. Сам трон посередине противоположной стены украшен золотом и символом пламенной фероньерки. На стенах не было окон, но откуда-то поступал свет, освещавший каждый уголок зала.
Андреа шагнула вперед.
Где же император?
Огонь в камине вспыхнул, искры упали на пол. Затем еще раз, сильнее. Из него посыпался пепел, вздымающийся в воздух. Он завертелся ураганом и хлопнул – в середине показалась фигура.
Огонь успокоился. Показавшийся человек вскинул руки, пепел тут же очутился обратно в камине.
Путники обомлели. Перед ними показалась высокая женщина лет тридцати в массивном багровом ханьфу с разрезом левой ноги, где на бедре виднелась крупная метка пламени. На ткани изображен позолоченный огонь, а черный пояс свисал чуть ли не до пола. Один рукав длинный, закрывавший ладонь, а второй облегал сильную руку. Ее распущенные темные волосы с выпирающими вперед прядями и удлиненной челкой, заправленной по бокам, украшала золотая фероньерка с красным камнем.
Она медленно подняла подведенные сурьмой алые глаза на оостеровцев. Ее красота и изящество завораживали. А камины по всему дворцу – это, по-видимому, своеобразный способ передвижения. Удобно.
Андреа машинально поклонилась ей. Остальные – тоже.
Ей, по-видимому, понравился этот жест, она кивнула.
– Говорите, вторженцы. – Строгим, глубоким голосом приказала она.
– Император, мы с посланием из Оостероса. Миру грозит опасность и…
– Довольно. Вы пришли просто отвлечь меня, не так ли?
– Ни в коем случае. Мы просто…
– Миру грозит опасность? Я немедленно вызову на вас охрану. Оостерос не скоро оправится от моего гнева, вторженцы. Зря вы это затеяли.
Она отошла к камину, намереваясь покинуть зал. Джина ступила вперед и выкрикнула:
– Я – крисстарк. И я говорю вам немедленно выслушать нас!
Внутри путников что-то рухнуло. Джина посмела указывать императору чужой страны, которого она впервые видит! Теперь им грозит война между странами, когда так нужно сплочение?! Джина, ты…
Император остановилась. Резко развернулась и грозно спросила:
– Крисстарк? Это чушь собачья.
Джина подошла к ней ближе и вытянула руки. Кофту в Имудзэ она не носила за ненадобностью, поэтому преображение стало видно во всей красе: и как ее руки увеличились, и как покрылись морозными узорами. И как показались клычки, и заострились уши.
Марвин тоже подошел к недоверчиво наблюдающей императору. Его руки стали зеленоватыми, зрачки сузились.
– Крисстарки. И вы пришли сюда, чтобы что-то мне сказать?
– Да. – Выдохнула Джина. Из ее рта пошел пар: температура вокруг нее значительно опустилась.
– Я выслушаю вас, вторженцы. Но лишь когда эти два крисстарка сразятся, покажут мне свою мощь и заслужат мое доверие. Тогда я вам поверю.
– Что, прямо сейчас? – Рыкнул Марвин. Ненамеренно, но прозвучало все равно грубо.
– Естественно, нет. Идем на арену.
Император развернулась и позвала путников за собой. Когда Джина сравнялась с Андреа, та нервно выпалила:
– Спасибо и… Джина, это было ужасно опасно! Не делай так больше.
– Как? – Хихикнула та. – Больше не приказывать императорам выслушивать нас? Как скажешь, капитан.
– Джина. – Грозно сказал Марвин. – Мы ведь сразимся.
– Ага. Не сомневайся, в этот раз так просто я тебе не уступлю. – Подмигнула та Марвину.
В ответ крисстарк только кивнул.
Они ровно тем же путем вернулись назад, ко входу, и прошли прямо. Тот стражник, который их встретил, выпрямился в струну при виде императора, и поклонился даже ниже, чем по пояс. Ее здесь уважали и боялись.
– Казармы дальше. – Указала рукой император. Никто не смел ей отвечать или что-то спрашивать.
Они вышли на улицу с другой стороны дворца и прошли в соседнее здание – черную коробку с багровой крышей. Императорские гвардейцы ретировались, как только видели женщину.
Внутри находился просторный зал для сражений на песке. У некоторых гвардейцев была тренировка.
– Покиньте помещение. – Приказала она. Без каких-либо вопросов люди в форме собрали вещи и вышли. – Начинайте.
Джина и Марвин вышли вперед и встали друг против друга.