– В норме. – Вымученно улыбнулась Джина.
– А Марвин?
– Лучше.
– Досталось тебе.
– Ага…
Путники встретились на улице. Горожан не было, все давно спали. Фонари на деревянных столбах светили тускло, что навевало чувство тревоги. Но где-то за углом послышался шорох: напоминание, что за ними ведут слежку.
– А как мы через лес пройдем? – Остановились путники. Глухая темнота закрывала весь проход. В такое время дня заблудиться – как нечего делать.
– А вот так! – Ответил какой-то грубоватый девчачий голосок откуда-то сверху.
Десяток человек, сидящий на ветках деревьев, одновременно зажег небесные фонарики. Лес мгновенно осветился красноватым цветом. Теперь, путники смело шагнули в лес, ведь каждый их шаг освещался фонарями сверху.
* * *
– Спасибо! – Крикнула Джина уходящим патрульным. Им открылась их импровизированная пристань с той самой лодкой, на которой они сюда добрались. А вдалеке виднелась "Триса".
– Ну что, вперед? – Улыбнулся Алан.
– Естественно. Все на борт! – Скомандовала Андреа. Было видно, что она скучала по этой фразе.
Су Цим, Ария, Вилмер – члены команды встретили оостеровцев с расспросами. Но им так хотелось спать, они так устали, что решили ответить на все завтра, а сейчас отдать команду двигаться в империю грозы.
Утро на корабле – это сплошная суматоха. Кто-то поправляет корабельные узлы, кто-то следит за парусом, шныряя туда-сюда, кто-то подмывает пол от небольшой протечки корпуса корабля. Кто-то завтракает в каюте, кто-то стоит за штурвалом, следя за тем, чтобы корабль не сбился с курса.
А кто-то спит. Например, Джина, мирно посапывающая в каюте капитана. Ее раны зажили, но неприятный осадок остался. Они с Марвином не говорили после битвы. Неприятно, что он ее чуть не задушил, но девушка понимала, что это было ради шоу для императора. Вкус крови до сих пор оставался на губах. Вязкий, мерзкий, противный.
Джина проснулась после обеда. Давно она так сладко не спала, а путешествие в Имудзэ ее порядком вымотало. Выглянула наружу: на борту кишела жизнь. Андреа, Алан и даже Марвин бурно обсуждали с командой происходившее в империи пламени: когда еще такое послушаешь, когда границы строго закрыты?
Су Цим выражала холодный интерес. Пустошь, хоть и относится к владениям Имудзэ, сильно отличалась от внутреннего города, в котором жрица ни разу не была. Расстраивало ее это или нет – непонятно по выражению лица. Джина поздоровалась со всеми. Смотреть на Марвина тяжело.
– Джина! – Су Цим, на удивление, улыбалась. Такое явление – настоящая редкость. – Это правда, что император – женщина? Я не могу в этом поверить!
– Да, правда. Она очень красивая и величественная. Ее силой пламени веет на весь дворец. – Ответила Джина, громко зевнув.
– А еще она перемещается по дворцу через камины. – Добавил Алан. – Удивительное явление! Я бы так не смог. Андреа, попробуешь войти в одну лужу, а выйти через другую?
– Никогда. – Посмеялась капитан.
– Мы ведь в Райдзэ плывем. – Напомнила Джина. – У кого есть какая информация?
– Ну… – Затянула Андреа. – Мы были там когда-то с Шерон, давным-давно, еще когда мы с тобой не познакомились. Там… Странно.
– Что значит – странно? – Спросил Алан.
– То и значит. Несмотря на внешнее дружелюбие, таможенники как-то быстро нас выпроводили.
– Они не любят чужаков. – Джина испугалась, когда сзади подкрался Вилмер – член команды «Трисы». У него имелась отметка Богини грозы – самая редкая после, как оказалось, камня и плодородия. – Даже больше, чем Имудзэ. А еще там всем плевать на отметки. Даже как-то порицаются, что ли.
– Откуда ты знаешь? – Повернулась к нему Су Цим.
– Я там родился. Потом переехал в Оостерос.
– Правда? Не знала. – Скрестила руки Андреа.
– Я мало что помню. Кроме фестивалей, которые почти никогда не прекращались.
– Наш визит вроде выпадает на фестиваль морской пены? – Задумалась Андреа.
– Да. Он там ежегодный. По поводу окончания Разделения и войны.
– А почему морской пены? – Не поняла Джина.
– В честь последней Оостерос. Это дань уважения ей. – Ответил Вилмер.
– Последняя Оостерос? – Вдруг подал голос доселе сидевший молча Марвин.
– Вы не слышали эту историю? – Удивился Вилмер.
– А откуда им? – Улыбнулась Андреа. – Тогда рассказываю.
Прекрасное весеннее утро подарило Оостеросу первые вишневые цветы.
Прекрасная девушка распустила светлые волосы, подняла подол небесно-голубого одеяния и босиком прошла по только-только выглянувшей траве. В народе ее называли Оостерос, но привычное «Элинора» радовало гораздо больше. Особенно от того самого человека, который ждал ее на другой стороне реки Шиджоу, разделяющей территории двух Регионов.
Она ступила на гладкую воду, которая не отторгала ее, наоборот, приятно ласкала ступни, обдавая прохладой. Речные обитатели потянулись к ней: показались яркие рыбки, водоросли, где-то пробежал крабик. Элинора молча с ними поздоровалась и словно плыла по воздуху, идя вперед по водной глади. Ее легкое платье развевалось под силами ветра. Буйная стихия поднимала волосы, обнажая хрупкую шею.