Авторы «Истории Франции» напоминают нам имя другого эгалитариста, куда менее известного, чем Руссо, — Анжа Гудара (1720--1791). Не поднимаясь до теоретических обобщений Руссо, он сумел талантливо отразить многие подспудные чаяния народа. Один из его ранних памфлетов «Политическое завещание Луи Мандрена» был посвящен популярному среди низших слоев Франции контрабандисту.
Мишенью «Политического завещания» была ненавистная Гудару и большинству французов откупная система.
В своем основном экономическом труде Гудар предлагал абсолютистскому правительству устранить ряд препятствий, мешающих процветанию Франции: расходы на содержание королевского двора, привилегии старой феодальной знати и новых выскочек, одворянивающихся буржуа — откупщиков, арматоров, финансистов, привилегии духовенства, владеющего, но его словам, третью земельных угодий страны.
Гудар требовал от правительства парцилляции земельных богатств феодалов и церкви для распределения их между крестьянами. Также он предлагал государству обложить неограниченными налогами имущество финансистов, обещая правительству, что Франция воспримет это «как акт справедливости и милосердия, а не как действия деспотической власти».
Требование парцелляции земельных угодий впоследствии было подхвачено в аграрной программе «Социального кружка», организатор и идеолог которого Никола де Бонвиль писал: «Каждый человек имеет право на землю и должен владеть земельной собственностью, обеспечивающей существование...»
«УТОПИЧЕСКИЕ КОММУНИСТЫ»
В отличие от Руссо и эгалитаристов, утопические коммунисты усматривают источник всех зол общества в частной собственности. Взамен ее они выдвигают идеал социального строя, основанного на началах общественной собственности, совместного труда и уравнительного распределения.
Наиболее яркими представителями этого учения были Морелли и Габриэль Бонно де Мабли (1709—1785).
Основной теоретический труд Морелли — «Кодекс природы или истинный дух ее законов», который в 1773 году был опубликован в собрании сочинений Дидро. Авторы «Истории Франции» утверждают, что именно благодаря этому труду Бабеф впоследствии назовет своими учителями Дидро, Руссо и Мабли.
Особенностью коммунистической теории Морелли является ее подчеркнутый рационализм. Общество, построенное на частной собственности, представляется мыслителю неразумным, и он разрабатывает, по его словам, «Образец законодательства согласно с намерениями природы».
В реальности или осуществимости своего «Кодекса» он не сомневался. При этом, далекий от мысли о революции, Морелли возлагал все надежды на абсолютизм, заботящийся о благе своих подданых. Однако строй, основанный на началах общественной собственности и обобществленного труда Морелли называет демократией.
Возможно, более понятным нашему современнику было бы учение Мабли, так как идеальным общественным строем для него является коммунизм. Однако Мабли в своих логических построениях исходит из учения о страстях.
Он верит в то, что частная собственность — источник всех «дурных страстей общества», но именно эти «дурные страсти», по его мнению, делают теперь, в XVIII веке, невозможным построение бесклассового общества.
При этом, по мнению Мабли, не только собственники никогда не откажутся от своей собственности, но и народ «слишком развращен» вековой привычкой подчиняться и раболепствовать.
От других мыслителей XVIII века Мабли резко отличается высказываниями, подобными тому, которое помещено в произведении «О правах и обязанностях гражданина» (1789): «Гражданская война является благом, когда общество без помощи этой операции подвергается гибели от гангрены и... риску погибнуть от деспотизма».
В «Истории Франции» подчеркивается, что идеи буржуазных просветителей, эгалитаристов и утопистов отнюдь не просто укладывались рядом, но и вступали в ожесточенную борьбу: так Морелли протестует в «Кодексе природы» против учения Монтескье о трех основах государственного строя. А Вольтер в книге «Век Людовика XV» яростно выступает против «людей, достаточно безумных, чтобы утверждать, будто термины «мое» и «твое» — преступление»,.
Опасения энциклопедистов, с тревогой констатировавших, что полуобразованная молодежь постепенно склоняется к анархии, оказались, как покажут дальнейшие события, небезосновательными .
ИЗОБРАЗИТЕЛЬНОЕ ИСКУССТВО
Отголоском развернувшейся в конце XVII века во французской Академии борьбы «пуссенистов» и «рубенсистов» явилось творчество Антуана Ватто.
Ватто родился в провинциальном городке Валансьене, и семье кровельщика. До восемнадцати лет он учился у местного живописца, а затем пешком, без копейки в кармане отправился в Париж, чтобы завершить свое художественное образвание.
Ватто пришлось работать помощником в мастерской безвестного художника, писавшего религиозные картины. Финансовое положение Ватто было в то время просто катастрофическим, позднее ему удалось устроиться учеником в мастерскую живописца Клода Жилло. Позже Ватто перейдет в мастерскую гравера и декоратора Клода О драна.
